— Что значит “полезла на чужого мужа”? Вы же в разводе?

— Нет! — засмеялась Ника. — Понимаешь, ни один судья в нашей стране не разведет супругов, если жена на третьем месяце беременности.

Она смотрела на меня со злостью и чувством собственного превосходства. Я понимала, что у нее истерика и она сейчас неадекватна. Но и я уже была на грани. Меня колотило. Голова кружилась, я потерялась в пространстве. Свидетели этой мерзкой сцены смотрели на меня с осуждением, ведь для них я была любовницей, разлучницей, тварью.

— Соня, посмотри на меня. Пожалуйста, — взмолился Лев все еще не отпуская жену. — За день до нашей встречи мы подали заявление, нам дали месяц…

— А потом мы передумали, потому что забеременели, — выплюнула мне в лицо Ника.

— Ника, закрой рот! Успокойся! — рявкнул мужчина.

Она вырвалась из объятий Льва и посмотрела на стол, где все еще лежал мой тест.

— Ты я смотрю тоже времени зря не теряла. Ты, шлюха, мужа моего не получишь. Желаю тебе и твоему выродку сдохнуть!

Эта фраза подействовала на меня как красная тряпка на быка. Я схватила графин и выплеснула лимонад на Нику. Оранжевая жидкость стекала по ее волосам и белоснежной шубе.

— Еще одно слово, и я не посмотрю, что здесь твой ребенок. Лев, лечи свою истеричку, — я вложила в эти слова столько злости, что мне стало страшно от самой себя.

— Тварь, я убью тебя! — она хотела наброситься на меня, но Лев схватил ее за талию. В этот момент их дочь Алиса начала задыхаться.

— Ма…ма, — еле выдавила девочка и сильно закашляла. Я вспомнила, что у нее астма. — Па…па.

— Она задыхается, Лев, — закричала Ника, сев на корточки рядом с Алисой.

— Зачем ты вообще ее сюда привела?! — процедил сквозь зубы мужчина. Подхватив дочку и посадив к себе на колени, он одним движением расстегнул ее пуховик. — Дай ингалятор! Быстрее!

— Сейчас! Сейчас! — Ника нервно зашарила по сумке и найдя то, что нужно, и протянула Льву. Он несколько раз нажал на него и со злостью посмотрел на жену.

— Он пустой! Ника, почему ты не проверила? Твою мать, — выругался мужчина. — Все хорошо, Лисенок. Я с тобой.

Лев подозвал официантку, вложил ей в ладонь крупную купюру и ингалятор, и попросил купить такой же в ближайшей аптеке.

— Спокойно, Лисенок, дыши. Вот так. Вдох-выдох, вдох-выдох, — Лев дышал вместе с ней, а я смотрела на них как завороженная.

Он не мой. И никогда не был моим. И его дочь сейчас страдает из-за меня. Из-за нас. Я видела в ней себя в десять лет, когда узнала, что мой отец жив, но я ему не нужна.

Схватив пальто и шарф, я убежала из ресторана. Внимание Льва было приковано к ребенку и мой уход он не заметил, что к лучшему. На ходу надев верхнюю одежду и повязав вязаный шарф, я подбежала к дороге и подняла руку, чтобы поймать попутку.