По крайней мере, она должна быть благодарна за это.

Глава 10

Спустя час Элайза с удовлетворяющим ее грохотом опустила скалку на тесто, навалилась на нее всем своим весом и принялась раскатывать. Взяв пригоршню муки, она рассыпала ее сквозь пальцы как сказочную пыль, а затем еще раз с силой раскатала тесто.

До этого Элайза решила проверить результаты усилий прислуги по наведению порядка и с радостью обнаружила, что все, включая Долли Фармер, трудятся не покладая рук. И они не просто зашевелились, когда она пришла. Слуги двигали мебель, подметали полы, скатывали ковры и выносили их из дома, чтобы выбить, и делали это все по своей воле.

Элайза отправила их еще раз выбивать ковры в одной из комнат, заметив пыль у ножки стула. Настаивать она, правда, не стала, зато узнала, как добиться того, чтобы слуги все время были настороже.

– Полагаю, у вас давненько не было практики, – с улыбкой сказала она. – Без сомнения, в отличие от тех слуг, которые выстроятся в очередь, готовясь занять ваши места. Принц дома Бурбонов не должен терпеть ни грамма пыли.

Это Элайза, конечно, сказала на удачу, но упоминание имени лорда ла Вея и впрямь помогало.

Не говоря уже об универсальности его влияния. Преподавая в школе, Элайза научилась использовать все возможности, чтобы заставить учеников делать то, что ей нужно.

Луч света прорвался в кухню сквозь пелену дождя, а вместе с ним туда же проникло и вдохновение.

Может, ей и не разрешено бросаться вещами от досады, зато она может петь:

О, лучше вам не вставать на путиСурового лорда Филиппа ла Вея.Он бросит вазу, чашку или две,А может, захочет и проткнуть вас шпагой!Он бился с десятками и десятками мужчинИ с радостью снова вступит в битву,Так что вам лучше убежать от него,Пока он не поймал и вас тоже!О-о-о!Лучше вам не попадаться на пути…Элайза развернулась и взмахнула скалкой, приметив краем глаза какое-то движение в углу.

Ей показалось, что пол ушел у нее из-под ног, когда она разглядела, что это лорд Ла Вей и есть.

В следующее ужасное мгновение вся жизнь пронеслась у нее перед глазами.

Тишина звенела, в воздухе парило облако муки – зловещее, как лондонский туман. Большая часть этого облака, опасалась Элайза, осядет на ее волосах.

– Прошу вас, не оставляйте меня в неведении! Как звучит остальная часть песни, миссис Фонтейн? – ленивым тоном спросил Ла Вей.

Его голос был похож на кошачье мурлыканье. Такой чудесный звук, в котором можно услышать и ласку, и угрозу.

Филипп прислонился к дверному косяку, загородив собой весь дверной проем и лишив Элайзу возможности к бегству. Руки он скрестил на груди, его лицо было каменным и безучастным.

Остальная часть песни? Да она дара речи лишилась, что уж говорить о пении! Элайза подняла в руке скалку, как Посейдон поднимает свой трезубец.