Она уже и забыла, что человек может сделать более ярким каждое мгновение, напомнить о моменте обладания видом и запахом, не говоря уже о коже, нервных окончаниях и сердце, может с легкостью заставить твое сердце петь, как чертов жаворонок, или падать, как камень. Этот человек может соблазнить, просто поманив ее пальцем.

Он – принц.

Она – экономка.

Разумеется, это ничего не значит.

– И как вы нашли вкус чая из ивовой коры, лорд Ла Вей?

– Отвратительным. Но на корабле мне доводилось есть долгоносиков, запеченных в печенье, так что отвратительный вкус – это дело будущего.

– Видите ли, я связана сметой, в которой не оставлено места для долгоносиков, – съязвила Элайза.

– Какой стыд! На вкус они напоминают горчицу.

Она рассмеялась.

Ла Вей заморгал, как будто она бросила что-то сверкающее в его глаза, и вновь то же слегка встревоженное выражение промелькнуло на его лице. Резко отвернувшись, Филипп с беспокойством отошел на пару шагов назад.

– Я надеялся, что вы согласитесь помочь мне ответить на несколько писем. Из-за раны мне больно писать… – Он поднял руку. – А некоторые письма нельзя оставить без ответа.

– Разумеется, я с радостью помогу вам.

– Вы можете писать по-английски, если так получится быстрее. Мои адресаты хорошо понимают этот язык.

Ла Вей левой рукой выдвинул из-за стола знакомый коричневый стул и, приподняв брови, указал на него кивком головы. Элайза со вздохом села. «Ах, коричневый стул, мой старый друг, мы снова встретились».

Бумага, перо, чернила и песок уже ждали ее.

Ла Вей снова отвернулся к окну. Видимо, оно служило для него источником вдохновения и грез.

Глава 9

– Дорогой дедушка, – начал Ла Вей.

Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что она начала писать.

– Дорогой дедушка, – послушно повторила Элайза.

– Надеюсь, это письмо застанет вас в добром здравии. Я по-прежнему не перестаю удивляться тому, как быстро и непонятно по каким каналам передаются новости. Примите мои глубочайшие извинения за то, что я медлил с ответом. Простите, что заставил вас беспокоиться, и благодарю вас за заботу. Боюсь, в том, что вы слышали, есть некоторая доля правды… Мисс Фонтейн, вы успеваете? – спросил лорд Ла Вей.

– Некоторая… доля… правды, – подтвердила Элайза.

– …Но я жив, и со мной все в порядке. Я поселился в городке Пеннироял-Грин в Суссексе. Меня привез сюда мой добрый друг граф Ардмей, с которым вы знакомы. Вы назвали его гениальным хулиганом, насколько я помню. Я вернусь в Париж, как только смогу отправиться в путь. Если вы обратили внимание на разницу в почерке, то имейте в виду, что я диктую это письмо своему помощнику.

Элайза прилежно строчила и подлила в чернильницу еще чернил.

Локон выбился из прически и упал ей на бровь.