Недовольный вторжением реальности в свои грезы, принц вздохнул:

– Войдите!

Дверь быстро распахнулась, и подозрительно резвый лакей вбежал в спальню с чашкой кофе и яблочным пирогом на подносе. Джеймс поставил поднос на маленький столик и спросил:

– Вы сегодня едете в Лондон, милорд?

Да, конечно. Вот в чем дело.

– Да, Джеймс. В Лондон. – Прошлой ночью, когда Элайза повела Джека спать, он рассказал Джеймсу и Рамзи о своих планах.

– Ужасный день для поездки, – весело проговорил лакей. Он распахнул портьеры, чтобы показать ла Вею еще один занавес – занавес дождя.

– Видал я погоду и похуже. – Филипп зевнул.

Сегодня он готов к ненастью. Он не почувствует дождя и холода. Его увлечет поток дел. А пока он будет ехать в карете графа Ардмея – из-за погоды путешествие будет очень медленным, – воспоминания о прошлой ночи поддержат его. Если повезет, он приедет в Лондон даже раньше Александры.

И там он поступит правильно по отношению ко всем.

Оказавшись в Лондоне после действительно неприятной поездки, в течение которой он почти все время спал, Филипп привел себя в порядок в особняке Редмондов, где его встретил Джонатан, единственный из Редмондов, находящийся в резиденции, и отправился к Александре. Он нашел ее в гостиной семейного особняка, где она живописно устроилась на голубом диване, цвет которого делал ее глаза особенно яркими. Дом был протоплен так сильно, что Ла Вей удивился: почему от его пальто не поднимается пар?

Александра встала и протянула руку для поцелуя.

– Я уж и не знала, ждать ли вас, Филипп, – сказала она.

– Прошу извинить мой поспешный уход вчера вечером, – поклонился принц. – Я понимаю, что это было совсем не в моем духе.

– Да уж, надеюсь, что понимаете! Крайне странно, и я бы даже сказала, грубо с вашей стороны так неожиданно срываться с места, Филипп. Это очень на вас не похоже. Едва ли вы спешили на роды. – Указав ему на стул в стиле чиппендейл, Александра позвонила.

Нелепо, но его сердце инстинктивно чуть подскочило в груди, когда он услышал звук звонка.

Филипп уселся на хрупкий элегантный стул.

– Это действительно было грубо, за что я искренне прошу прощения. Мой друг попал в трудную ситуацию, и я должен был помочь ему, Александра. Наверняка вам и самой приходилось помогать попавшим в трудную ситуацию друзьям?

Едва произнеся эти слова, Ла Вей понял, что с трудом может представить себе, как она это делает, да и какой такой случай мог бы заставить леди Придо сорваться с места на помощь другу?

Александра молчала, холодно глядя на него."

"– Я слышала, как вы произнесли имя «Элайза», – заявила она. – Разве это не имя вашей экономки?

– Вы правы, миледи.

Воцарилось особенное, недружелюбное молчание.