Они быстро вошли на участок, Сергей захлопнул за ними дверь и закрыл ее на замок.

Из-за угла дома, предупреждающе рыча, обманчиво-ленивой трусцой вышел Апельсин.

– Апельсин, это я! – почему-то шепотом позвала Ника.

Пес перестал рычать, улыбнулся во всю собачью морду и резво потрусил к ним. Этот пес умел улыбаться! Честное слово!

Открылась задняя дверь дома, и вышел дедушка.

– В дом, быстро! – приказал Сергей и слегка подтолкнул Нику в спину.

– Дедушка, пошли в дом, – перехватив деда, идущего к ним навстречу, на середине дорожки и стараясь его не напугать, прошептала Ника.

Василий Корнеевич был не просто стреляный воробей – мудрый, битый, хитрый, видевший и понимавший го-о-ораздо лучше многих и многих – орел, какой уж там воробей!

Только стрельнув глазами на спутника внучки и не задавая никаких вопросов, он тихо свистнул Апельсину, который, подчиняясь приказу, первым влетел в дом, удивив Нику своей неожиданной прытью.

Дедушка вошел последним и запер за собой дверь. И Ника тут же кинулась к нему обниматься.

– Дедушка!

– Здравствуй, здравствуй, солнышко! Как ты себя чувствуешь, выздоровела? – Он поцеловал ее в макушку и погладил по голове.

– Да, дедушка, все в порядке!

– Ну, слава богу! А то я уж в Москву собрался, совсем места себе не находил!

– Знакомься, дед, это Сергей Викторович Кнуров, – представила спутника Вероника.

Мужчины пожали руки, приглядываясь и оценивая друг друга.

– Василий Корнеевич, – представился дедушка.

«Ничего себе!» – восхитился про себя Кнуров.

Вероника очень точно описала его – большой, высокий, с могучим разворотом плеч, подтянутый, ни грамма лишнего веса, ни следа старческой немощи, большие, сильные руки, совершенно седая, но не поредевшая шевелюра и очень внимательные, цепкие, всевидящие глаза.

Эдакий русский богатырь, постаревший, но от этого не потерявший свою стать. Не мужик – былина! Сколько ему лет-то вообще?

А вот что она не рассказала, так это то, что не прост был этот Василий Корнеевич! Еще как не прост!

«Сработаемся! – удовлетворенно и даже радостно подумалось Кнурову. – То, что этот дедушка не менее матерый, чем я, а скорее всего, и более ого-го как, это хорошо! Значит, быстрее раскопаем дело, и эту пигалицу меньше подставлять придется, сами справимся!»

У него немного отлегло от сердца.

Ну, слава богу! С мужиками оно проще работать, а с таким, как этот Василий Корнеевич, не работа, а сплошной праздник ума! Это Кнуров понял в считаные секунды знакомства.

– Давайте-ка стол организуем, – предложил Василий Корнеевич. – Вы с дороги, проголодались, наверное. Да и праздник отметить надо, рюмочку выпить.

– Какой праздник, дедушка? – улыбалась, словно светилась вся изнутри, Вероника.