Это просто ненормально – какие-то шпионские, криминальные глупые игры! Ну, на самом деле, если вдуматься – звонит какой-то неизвестный мужик, пугает смертоубийством и пытками и требует найти, ни много ни мало, слитки драгоценных металлов и какие-то жутко важные документы! Ну, бред!

И еще больший бред, что она ему верит! И воспринимает угрозы вполне серьезно! И вместо того, чтобы обратиться полицию, начинает суетиться и искать выход из ситуации. Да еще задумала с какими-то там крутыми мужиками связаться, чтобы они помогли!

Нет, ну если действительно здраво рассуждать нормальному человеку, то это смешно даже – какой-то дешевый развод!

Только вот Ника точно знала, что не развод и не бред!"

"Были у нее основания верить этому Михаилу Ивановичу – были! Да и стоило посмотреть в окно на круглосуточно стоявшую у подъезда машину, вспомнить, как профессионально был произведен обыск в ее квартире, и то, что за ней наблюдают откуда-то день и ночь, и приблизительно прикинуть стоимость таких вот, скажем так, оперативных действий….

Значит, как бы ни хотелось уверить себя, что все это фигня и чья-то неуместная шутка, но придется согласиться с наихудшим вариантом.

«А следовательно, будем действовать согласно придуманному плану!» – подбодрила себя Вероника. И, глубоко вдохнув-выдохнув еще разок, она оттолкнулась от двери, к которой так и стояла прислонившись спиной, и отправилась осуществлять задуманное.

Пунктом первым в ее плане стоял телефонный звонок еще одной бабулиной знакомой. Ника была уверена, да нет – точно знала, что ее телефон прослушивают, вот пусть и убедятся, что она всерьез озабочена поисками. Весь разговор со старушкой девушка продумала до мелочей, пока ехала в метро.

К телефону долго не подходили, но, когда она уже собралась положить трубку, ей все-таки ответили:

– Слушаю вас!

– Здравствуйте Ирина Павловна! Это Вероника.

– Никочка! – обрадовалась бабулина знакомая. – Как я рада тебя слышать! Как ты себя чувствуешь? Девочки мне сегодня звонили, рассказали, что ты к ним заходила.

– Спасибо, Ирина Павловна, я уже выздоровела. Вы извините, что я к вам не зашла, далеко ехать, да и устала я немного.

– Что ты, что ты, девочка, не извиняйся, я понимаю! Когда сможешь, заезжай, я всегда тебе рада.

– Обязательно! А как вы себя чувствуете? – не без умысла спросила Ника.

Дело в том, что Ирина Павловна из всех бабулиных подруг единственная любила долго, с удовольствием и артистизмом жаловаться на жизнь и подробно рассказывать обо всех своих болячках и делала это профессионально.

«Вот вам! Послушайте, «любезный» Михаил Иванович, старушкины стенания «за жизнь»!» – с хорошим таким, праведным злорадством подумала Вероника.