— Господин ди Элрой ждет документы по торговому дому, — пустилась в объяснения я, хотя блондинка не проявила к записке никакого интереса (неплохо бы узнать ее имя, называть соседку по кровати официально, госпожа Крэнг, чуточку странно).

Я вытащила из дорожного саквояжа несколько тонких папок-обманок, прихваченных из чистой паранойи, как раз на такой случай. В них лежали старые письма из доходных домов и жалобы на драконий корм. Хотелось привести себя в порядок или хотя бы расчесать кудрявое безобразие на голове, но, боясь вызвать подозрения, я просто натянула туфли и с деловитым видом вышла.

В спину донесся презрительный смешок, означавший, что если бы блондинка работала в одном кабинете с Таннером ди Элроем, то всегда ходила бы при полном параде.

Таннер открыл по первому стуку. Пропустил меня внутрь номера. Единственное, что я успела заметить, прежде чем оказалась прижатой горячим мужским телом спиной к двери, — огромное окно с видом на омываемый дождем город. Дыхание Элроя пахло кофе, горячие губы вытворяли совершенно невообразимые вещи.

— Почему ты не захотела со мной лететь? Я соскучился, — прошептал он, разрывая поцелуй, и осторожно лизнул мои припухшие губы.

— Я тоже.

— Что это? — Таннер с удивлением заметил папки у меня в руках.

— Очень важные документы. Господин ди Элрой попросил своего личного стажера принести их, — с серьезным видом заявила я и положила папки на диван. — Напомни забрать, они еще пригодятся.

— Ты успела пообедать? — спросил он.

— Нет.

— Я на это надеялся. — Таннер кивнул на сервированный стол, заставленный блюдами с серебристыми колпаками. — Составите мне компанию, госпожа Амэт?

— Даже не сомневайтесь, господин ди Элрой, на регулярных рейсах кормят форменным драконьим комбикормом.

Шеф помог мне усесться, устроился сам и снял с фарфоровой тарелки колпак. На блюде, посыпанный зеленью и политый белым соусом, лежал кусок… непонятного серо-белого кушанья, сладковато пахнущего рыбой.

— Ты заказал черную каракатицу? — уточнила я, тщательно скрывая недоумение.

— Тереза, я не хотел тебе говорить, но вдруг ты нарвешься на каракатицу в едальне или кто-нибудь добрый решит тебя угостить… Они ядовитые и несъедобные, — объяснил сотрапезник.

 — Я заказал тебе кальмара.

Кальмар оказался страшной гадостью, хуже омлета с подгоревшими ветчинными шкварками, но в компании Таннера я была готова съесть даже ядовитую черную каракатицу и помереть счастливой.

— У меня сегодня встреча. Поедем вместе? — Он заметил, что я без большого энтузиазма разрезаю кальмара на мелкие кусочки, а потом без аппетита жую, и просто поменял наши тарелки. Впрочем, есть деликатес, даже приправленный перцем и политый белым соусом, тоже не захотел.