Благодаря скверной звукоизоляции было слышно, что за дверью кто-то завозился, однако открывать мне не спешили. Я постучала еще раз, уже более настойчиво. А потом еще раз. И еще раз. В конце концов я усиленно пинала дверь, заставляя жителей этажа от любопытства выглядывать в коридор.

Мою маменьку, блюстительницу этикета, подобное поведение бы повергло в шок и конвульсии. Девушка ломится в комнату парня, и даже не жениха! Немыслимо!

Но, к счастью, маменьки рядом не было, да и вообще кого-либо, способного рассказать о моем вопиющем попрании образа благородной леди.

Спустя минут десять, когда я в очередной раз занесла ногу для пинка, дверь неожиданно распахнулась. Я не успела среагировать, а потому злющий Винсент Руэда получил с хорошего замаха прямо пониже колена.

– Ой… – пискнула я, наблюдая, как парень меняется в лице.

Хотела извиниться, но потом вспомнила, что вообще-то очень зла, и продолжила наступление:

– Ты почему не явился на занятия? Каждая пара сегодня начиналась с вопроса: «Лагерра, а где Руэда?» Я тебе в личные секретари не нанималась!

Парень продолжал прожигать меня многообещающим взглядом, и я невольно заглянула ему за плечо:

– Ты не один, что ли?

– Один, – процедил Винсент.

– И? – Я скрестила руки на груди.

– Что? – раздраженно спросил он.

– И почему тогда не был на парах?

– Не твое дело, – огрызнулся Руэда и попытался закрыть дверь.

Но я выросла с пятью братьями, и шансов отвертеться от головомойки у парня не было никаких. Втиснула ногу между косяком и дверью и прошипела так, чтобы никто из любопытствующих не услышал:

– Очень даже мое. Ты на пары не ходишь, а я как дурочка должна отчитываться за тебя перед магистрами, а потом еще и по прогулянным урокам натаскивать.

Винсент набрал в грудь воздуха для ответа, но заметил, как весь коридор замер в предвкушающем молчании, распахнул дверь и посторонился:

– Заходи.

Мысленно передавая маменьке пламенный привет, я шагнула за порог.

Комната у парня была аскетична. Никаких лишних вещей. Да и личных тоже, если честно. Как будто он приехал пару минут назад, причем проездом. На столе красноречиво стояла бутылка вина. Я решительно прошлась по комнате, осматриваясь.

– Ну, Винсент, сколько девиц тут было, что сутки не выходил из комнаты?

– Девиц? – не понял парень.

– Ну не один же ты все это время тут сидел?

Я внимательно посмотрела на Руэду и заметила то, что за собственным возмущением не увидела сразу: щетина, мятая рубашка, поникший вид, потухший взгляд.

– Или один?..

Парень равнодушно пожал плечами и сел в кресло. Вот не люблю я задушевные разговоры с мужиками, вечно приходится тянуть калеными клещами по слову.

– Что случилось? – спросила я, осмотрев стул на наличие грязи, перед тем как тоже присесть.

– Ничего, – сухо ответил парень.