Создавалось ощущение, что он тщательно подбирает слова. — Садясь играть в карты с вашим отцом, я был сильно… гм… пьян.

Он виновато посмотрел на Эмбер, побледневшую от гнева.

— Это немыслимо! Вы были пьяны и именно поэтому заставили моего отца проиграть в карты и подписать этот договор! Вы — чудовище!

Она стремилась задеть Амстела, и ей это удалось. Темные глаза вспыхнули яростным золотом.

— Я не заставлял вашего отца проигрывать! Он сам, проиграв все до нитки, предложил поставить на кон свою дочь!

— Но вы согласились!

Они давно уже вскочили со своих мест и теперь стояли, буравя друг друга злыми взглядами.

Герцог первым взял себя в руки.

— Вам не кажется, моя дорогая, что мы можем продолжить наш… э-э-э… спор в моем экипаже?

Девушка открыла рот, намереваясь возразить, что не собирается никуда ехать, но осеклась под насмешливым взглядом и покорно кивнула.

Амстел довольно ухмыльнулся:

— Абсолютно верное решение! Меньше всего мне хочется применять по отношению к вам… гм… силу.

Эмбер холодно посмотрела на него, пытаясь вложить в свой взгляд все презрение, на которое была способна.

— Можете не пытаться, моя дорогая, такие взгляды меня давно уже не задевают, — усмехнулся герцог и весьма резко добавил: — Поторопитесь, я не желаю ждать!

Он вышел из комнаты, а девушка вновь опустилась на стул. Она не знала, от чего дрожит: от страха перед герцогом или от злости на него.

Слуга вновь вошел в комнату.

— Миледи, — Рос вежливо поклонился, — его светлость приказал напомнить вам, что вы торопитесь.

Сознавая, что злить герцога неразумно, Эмбер послушно поднялась и направилась к выходу.

— Ваша светлость, — окликнул ее слуга.

Еще не привыкнув к титулу, она не сразу сообразила, что он обращается к ней. — Вы забыли!

Лакей протянул черный плащ, так заботливо вчера накинутый Амстелом ей на плечи. Она вновь вспомнила, как заботливо он поддерживал ее в храме и как потом нес на руках в карету. Злость утихла.

Спустившись, девушка села в экипаж. Герцог уже занял свое привычное место и со скучающим видом смотрел в окно. Он даже не повернул голову в ее сторону, и Эмбер почувствовала себя слегка уязвленной. Как только она села, дверца захлопнулась, и карета плавно заскользила по дороге.

Вздохнув, девушка нерешительно дотронулась до руки своего спутника, стремясь привлечь его внимание. Амстел медленно повернулся. Выражение его лица было непроницаемо, будто он надел маску.

— Простите меня, — тихо произнесла девушка, глядя ему в глаза. — С моей стороны было невежливо обвинять вас. Вы лишь взяли то, что вам предлагали.

Уголки его губ дрогнули.

— По правде сказать, я был настолько пьян, что не сообразил отказаться. Тогда мне все казалось лишь шуткой.