Кеймон издал короткий смешок. Подошел ближе к кругу, в котором все еще сидел мой брат, уткнувшись лицом в ладони, небрежно затер мыском сапога один из символов.

– Хеда, идти сможешь? – бросил он через плечо, не глядя на меня.

– Постараюсь, – пробормотала я, приподнимаясь и стараясь не слишком сильно кривиться от боли.

– Уведи Дирка вниз, – приказал Кеймон. – Будьте там, пока все не закончится.

– А ты? – спросила я, сама не заметив, что оставила свой обычный вежливый тон.

– А я должен это видеть, – с непонятным сладострастием отозвался Кеймон. – Должен! Иначе до конца жизни обречен буду сомневаться, что этот гад каким-то чудом избежал гибели.

Дирку не надо было повторять приглашение. Он мгновенно выскочил из круга, обогнув Кеймона по широкой дуге. Подбежал ко мне, глянул на платье, залитое спереди кровью, и побледнел. То ли от беспомощной ярости, то ли от жалости ко мне, то ли от накатившей дурноты, а скорее – от всего вместе.

– Все в порядке, – заверила его я и растянула губы в улыбке. – Это только выглядит страшно. Дирк, со мной все хорошо.

Брат кивнул, показывая, что услышал меня. Протянул мне руку, которую я с радостью приняла.

Позади послышалось неприятное чавканье, с которым мрак принялся пожирать тело Аргаса. Мне не надо было видеть это, чтобы догадаться, что происходит. Наверняка очень скоро от бывшего наместника Хельона останутся лишь кости.

Дирк тоже не стал смотреть назад, чтобы проверить, откуда раздаются столь неприятные звуки. Все-таки такие невеселые приключения научили его благоразумию. И мы отправились к лестнице.

Дирк держался молодцом. В гостиной он осторожно довел меня до ближайшего кресла, усадил в него и лишь после этого позволил себе заплакать. Причем заметила я это лишь после того, как посмотрела на него. Плакал Дирк беззвучно, явно не желая расстраивать меня. Крупные прозрачные слезы обильно струились по его щекам, при этом брат поднес ко рту и прикусил указательный палец, пытаясь заглушить рыдания.

При виде этой картины я почувствовала, что сама вот-вот зарыдаю. Нервное напряжение потихоньку отпускало. Меня бил озноб, хотя в комнате было тепло, даже жарко.

– Мне было так страшно, – прерывающимся голосом, захлебываясь, выдохнул Дирк. – Я так боялся за тебя!

– Я тоже боялась за тебя, – пробормотала я.

Дирк особенно громко вздохнул и осторожно обнял меня.

Какое-то время было тихо. Я ласково перебирала волосы Дирка, стараясь не думать о том, что сейчас происходит наверху. Но мои мысли то и дело возвращались к Аргасу Регасу и его сыну. Неужели этот кошмар подошел к концу? Неужели мне больше не стоит опасаться за свою жизнь и жизнь брата?

Едва только я так подумала, как из прихожей послышался громкий шум.