Я с легкостью блокировал его чары, а затем воспользовался парализующим заклинанием. И отвел душу. Ох, как я отвел душу на своем горе-папаше! А знаешь, что меня тогда возмутило сильнее всего?

Интересно, откуда у этой парочки такая страсть к риторическим вопросам, ответа на которые я просто не могу знать? Поэтому я лишь неопределенно хмыкнула. Впрочем, Абальд уже снова говорил, и вновь его голос дрожал от затаенной обиды и гнева.

– Моя мать прибежала на крики отца, – прошипел он. – Она билась в дверь и умоляла меня прекратить. Понимаешь, Хеда? Она никогда не вставала на мою защиту, предпочитала делать вид, будто ничего не слышит и не видит. А получается – все прекрасно понимала. Почему? Почему она так поступала со мной? Чем он был лучше меня? Он, который избивал ее и изменял ей?

Уже давно отзвучал его вопрос горьким эхом в комнате. Абальд молчал, глядя на меня блестящими от невыплаканных слез глазами. А что я могла ему сказать? Нам всем не повезло в этой жизни. Кому-то больше, кому-то меньше. Говорят, боги справедливы. Каждому из нас они приготовили испытания под силу. Но все чаще я задумываюсь, так ли это на самом деле.

– Именно тогда я понял, что она тоже не заслуживает моей милости, – пробормотал Абальд. – Вира Летисия… Именно в тот момент я мысленно вынес ей приговор и перестал называть матерью. Но по совету Вейра я отложил свою месть на некоторое время. Мне необходимо было набраться сил и умений. А родители… Как ни странно, но отношения с отцом даже улучшились. Если так можно сказать, конечно. Он просто перестал замечать мое присутствие. Но я не задержался надолго в отчем доме. Достаточно скоро отец купил мне отдельное жилье, и несколько лет мы ко взаимному удовольствию не общались. Поначалу мать пыталась жаловаться мне, но я сразу же дал ей понять, что меня более не интересует ее болезненное пристрастие к подобного рода играм. А потом Вейр привел Хельгу, и мне стало окончательно не до этих проблем…

– Да, по иронии судьбы меня он тоже подобрал в сточной канаве, – с грустной усмешкой подхватила Хельга, мечтательно перебирая волосы бесчувственного Гарольда. – И тоже спас от верной гибели. Видишь шрам на моей щеке? Это мне напоминание о той страшной ночи, когда надо мной поглумилась парочка отморозков. Один из них очень любил ножи… Надеюсь, ему понравился тот кинжал, который Вейр воткнул ему в зад!

– Некоторое время мы с Хельгой жили вместе, – Абальд скрестил на груди руки. Судя по мечтательной улыбке, гуляющей по его губам, ему было приятно вспоминать те дни. – Что скрывать очевидное: я влюбился в нее. Некоторое время мы даже планировали пожениться. Естественно, после того, как Хельга оправится от произошедшего и перестанет шугаться собственной тени.