Возле дверей их квартиры качался пьяненький Белкин и размахивал руками:

— Василиса!! Поди вон! Я тут сегодня буду жить!! До завтрашнего утра!! С Игнатом!! Мы тут жить будем!!

Люся нервничала, стеснялась Василисы и старалась закрыть рот вопящего Белкина рукой. Однако сама Василиса ничего не слышала — она уже стояла с Игнатием Петровичем в гостиной, и… какой стыд! — он ей робко целовал ручку. Конечно, Василиса надеялась, что пылкий воздыхатель когда-нибудь вспомнит, что для поцелуев у Васеньки имеются еще и спелые, как вишни, губы, она их специально сегодня накрасила особенно ярко. Однако Игнатий чего-то застрял на руках и выше рукавов не поднимался. До Белкина ли ей было!

— Вася!! Василиса!! — кричала уже и Люся. — Отдай Белкину Игнатия Петровича!! Он требует!

Петрович, сильно покраснев, выскочил-таки из гостиной, так и не добравшись до жадных губ, мужчины удалились, а подруги еще долго обсуждали, как прошла помолвка, как себя вызывающе вела Анечка с Таракашиным и как безобразно потолстела Эльвира Арнольдовна, хотя полнота ее вовсе не портит, ну совсем!

А со следующего дня началась подготовка Василисы ко дню ее рождения.

— Люся! Немедленно выдай мне некоторую сумму, мне нужно на продукты! — вот уже два дня с утра пораньше зычно вскрикивала Василиса у кровати сонной Люси.

— Васенька, но ты ведь вчера уже все купила, — жалобно стонала та.

— Что?! Что я могла купить?! — в искреннем возмущении хлопала себя по бокам Василиса Олеговна. — Я сегодня еду на базу! Мне нужна рыба!

— А вчера? Чьи хвосты торчали у тебя из пакета?

— О чем ты говоришь? Нет, она меня сведет с ума! Вчера из пакета торчали хвосты минтая, а вовсе не рыбы!! Этого минтая я специально купила для Финли!

Люся тяжко вздыхала и лезла за очередной порцией денег.

— Вась, а может, и не нужно так тратиться, а? — на всякий случай спрашивала она еще раз.

— Ты хочешь моей смерти! — констатировала Василиса. — Ты что, не видела, какие столы были у Эльвиры?!

— Видела… честно говоря, мне не очень и понравилось, — призналась Люся. — Тарелок было полно, а живот порадовать нечем…

— Вот! — обрадованно вскрикивала Василиса. — Ты что, хочешь, чтобы и у меня так же?! Черт, надо обязательно напомнить, чтобы Аня приготовила молочного поросенка.

— Вася! Ты ж говорила — кролика! — охала Люся.

— Какой кролик! Кого ты там собираешься им накормить?! — в свою очередь возмущалась Василиса.