Одна единственная фраза. Четыре слова, сочетающих в себе заботу, поддержку, уверенность… Он будет рядом, как там говорится, «в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии…». И я не сомневалась в его словах. Не из-за какой-то бумажки, выданной в обыкновенном госучреждении. Нет. Нас связывало большее. Безграничное всепоглощающее чувство, заставляющее сердце биться чаще, улыбаться больше…

Любовь. Именно она завладела нашими разумами и телами. И сегодня ощущение близости приносило особое ни с чем не сравнимые эмоции…

Утро нахлынуло на мой разум внезапно. Реальность ворвалась вместе с приступом нестерпимой тошноты. Сорвав с постели простыню, я рванула в сторону белоснежной ванной комнаты, проклиная чертово чешское вино. Терпкое. Насыщенное. И явно испорченное."

"Ноги подгибались от нахлынувшей слабости, желудок судорожно сжимался, горло обжигало. Я вжималась пальцами в ледяную гладкую поверхность раковины, стараясь выровнять дыхание. Выходило плохо.

— Крис, что с тобой? — заспанный Алекс ворвался следом. Его руки мягко отодвинули мои короткие слипшиеся волосы от лица.

— Вино, — я просипела. — Я же говорила, оно испорчено. Поищи в чемодане аптечку.

— Да, да… Конечно.

Спустя секунду раздался шум, а на меня обрушилась новая тошнотворная волна. Пальцы вцепились в кран, включая воду на полный напор. Нет, я точно напишу жалобу на сайте отеля! Продавать вино за пару тысяч за бутылку — неслыханная наглость!

— Крис, ее нигде нет! — его крик донесся сквозь шум воды. — Ты как? Может врача вызвать?

— Не надо врача, — я заговорила, как только приступ отступил. — Нужно что-то от отравления…

— Хорошо. Понял. Здесь внизу аптека, я быстро.

Дверь хлопнула, а я опустила лицо под прохладную воду. Тошнота не отпускала, но появилось странное чувство голода. Будто не мой желудок только что расставался со всем содержимым. И в памяти как раз всплыло бисквитное печенье, которое я вчера в самолете старательно запихивала в дорожную сумку. И сейчас мне хотелось проглотить его целиком. До дрожи.

— Крис, ну как ты? — дверь распахнулась в тот момент, когда я запихивала последний кусочек бисквита в рот. — Ты… уже ешь?

— Ага… — я виновато уставилась на обертку, сжатую в кулаке.

— Тогда, может, это не отравление? — Алекс сосредоточенно всматривался в мое лицо. — Я выпил почти всю бутылку и здоров. Может, лучше проверишь вот это?

Из белого пакета с иностранными буквами появилась бело-синяя коробочка с чешским названием, но понятной картинкой. Тест на беременность. Я застыла. Последние полгода с моим самочувствием творилось что-то из ряда вон выходящее. Эмоциональный стресс, перелом наложили отпечаток и на женское здоровье.

— Ты знаешь, что с ним нужно делать? — Алекс притянул меня к себе.