И я очень боялась, что мой сын свернёт не туда.

Она делает паузу, я замечаю в ее глазах слезы.

— Под «не туда» я имею в виду плохую компанию, употребление наркотиков, криминал…

— И серьёзные отношения с девушкой, — перебиваю.

— Да. Серьёзные отношения с девушкой в моем представлении это тоже было «не туда».

У меня вырывается горькая усмешка.

— Вы думали, я заставлю Никиту бросить футбол? Или что?

— Нет, я не думала, что ты заставишь его бросить футбол. Но я опасалась, что у Никиты изменятся приоритеты. Я опасалась, что футбол уйдет на второй план, а на первый выйдет девушка.

Не обязательно ты. Я же говорю, я не была против конкретно тебя. Это могла быть любая другая девушка, с которой он бы начал серьезно встречаться.

Мне становится смешно.

— Теть Жень, ну это же так глупо! Никакая девушка не смогла бы выйти у Никиты на первое место.

— Я видела, как он на тебя смотрел. Ни на одну девушку Никита никогда не смотрел так, как на тебя.

У меня перехватывает дыхание. А тетя Женя продолжает:

— Он был влюблен в тебя по уши. Это было видно невооруженным глазом. Он пустил тебя на свои матчи.

Никого никогда не пускал, всей семье, всем родственникам запрещал приходить, а тебя пустил. Это очень много значило. Конечно, я переживала, что Никита будет пренебрегать футболом из-за ваших отношений.

Слышать от постороннего наблюдателя, что Никита был влюблён в меня и как-то по-особенному на меня смотрел — это бальзам на мою израненную душу.

— А сейчас не переживаете?

Она делает новый глоток кофе.

— Сейчас его карьера состоялась. К тому же уже возраст задуматься о семье. А девятнадцать лет, согласись, это все-таки не тот возраст, когда нужно жениться.

Знали бы вы, тетя Женя, что еще совсем недавно я требовала от Никиты бросить футбол и умышленно не забить пенальти. Наверное, не разговаривали бы со мной так мило и не угощали своим эксклюзивным колумбийским кофе, который Никита заказывает специально для вас за сумасшедшие тысячи долларов.

— И еще я хотела сказать, что была не права тогда в больнице, когда пришла тебя навестить.

А вот это очень неожиданно слышать. Голос тети Жени слегка дрогнул, на глаза снова навернулись слезы.

— Ты имеешь полное право ненавидеть меня за те слова, но позволь все же объясниться перед тобой.

Киваю. От шока язык прирос к нёбу.

— Когда на тебя напали, и твоя мама пришла ко мне с обвинениями, что это из-за Никиты, у меня сработала… — пытается подобрать слово. — Защитная реакция, что ли. Не знаю, как это правильно назвать. Первым делом я стала думать, как отгородить от всего этого своего сына. Никита уже подписал контракт с Мюнхеном, но я все равно боялась, что он бросит все дела и примчится.