Он мысленно разделил прущую на них орду на небольшие квадраты, потом, внимательно вглядываясь в один из них, постарался посчитать количество броневиков. Примерно 20 машин, квадратов же он изначально выделил… Тоже двадцать.

— Четыреста… — прохрипел Палкин. — Четыреста броневиков! И это только здесь! Те, что идут в обход, в тыл нашей армии!

Он перепроверил свои расчеты, а потом махнул Савве с Михалом. Те обрушили крышу, оставив только небольшой лаз для поступления воздуха. Не было ни света, ни звуков — на какое-то время все исчезло, и только земля продолжала трястись. Все сильнее, сильнее, сильнее… Неожиданно со страшным ревом и треском что-то пронеслось прямо над ними. Еще раз! Треск стал громче, с потолка полетели целые комья земли, а рядом с Михалом вонзилась в землю не выдержавшая и развалившаяся на две части балка. К счастью, броневая армада зацепила их лишь краем.

Через час Палкин разрешил выбираться. Подхватив лопаты, они принялись расширять воздуховод. Земля была твердая — промерзшая и слежавшаяся — но каждому из них хотелось как можно скорее увидеть свет. В итоге, сменяя друг друга, они расширили ход минут за пятнадцать. Не так, чтобы по нему можно было свободно перемещаться, конечно, но вот кто-то потоньше уже вполне мог бы выбраться и оглядеться.

— Я готов, — Савва сразу понял, для кого эта задача.

Даже на руки поплевал, а потом пополз, опираясь на стены и на подставившего ему спину Михала.

— Еще, еще немного… — до Палкина долетал его шепот. А потом… — Они еще здесь. Полкилометра от нас проехали, не больше, — выдохнул только-только высунувший наружу голову Савва.

— Что делают?

— Стоят и… Чинятся. Между машинами ходят механики, стучат по колесам ключами, что-то сразу крутят. Еще заправляются. На каждом броневике висят бочки, вот их тоже снимают и заливают.

Чтобы не рисковать, Савва после этого сполз обратно. Через час наружу вылез уже Палкин, но картина не изменилась — японцы все еще занимались проверкой техники, и только перед самым вечером решились на еще один рывок. Их армада больше не казалась неудержимой силой, что уже завтра выйдет в тыл русской армии. Остановки на ремонт и заправки очень сильно крали время, позволяя пройти в день дай бог километров пятьдесят, но… Даже пятьдесят километров — это немало, а четыреста броневиков — это четыреста броневиков.

Смогут ли они справиться с такой мощью? Тем более что это лишь один из японских отрядов.

* * *Хасэгава Ёсимити искренне гордился, что именно ему доверили броневую дивизию 1-й армии Куроки. Не выскочке Иноуэ, а тому, кто на самом деле этого заслуживал — ему. Сегодня-завтра он обойдет русские укрепления, расчищая путь для основных сил, которые идут за ним по пятам, и, наконец, сможет переломить ход этой ужасной войны.