А потом… Если мы все сделаем правильно, это не будет иметь никакого значения!

Глава 24

Отряд младшего унтер-офицера Палкина снова закопался под землю. Только если до этого они отслеживали перемещение японцев на позициях южнее Кэсона, то теперь их кинули на восток. Редкие деревни, полное отсутствие дорог — по такой земле нельзя было провести армию, это всем известно, но полковник Корнилов подстраховался и все же разместил с этой стороны несколько десятков секретов.

Январь в Корее — это самый холодный месяц в году: ночью температура опускалась порой до минус восьми градусов, днем поднималась до минус двух. Копать было тяжеловато, зато хотя бы метелей не было, а снег если и шел, то сухой и легкий. Один раз все запорошило как раз после того, как они закончили копать, и это очень удачно скрыло все следы. Словно подарок на подступающее Крещение.

— Савва, через пять минут контрольный отзвон в центр, — напомнил Палкин.

После того, как японцы навалились на них в прошлый раз, обрезав почти все линии связи, полковник Корнилов внес изменения в устав. Теперь сидящие в засаде отряды должны были регулярно выходить на связь, подтверждая, что у них все хорошо. Не вышли вовремя — и уже без всяких сигналов в центре поймут, что японец близко.

— Савва! — снова позвал Палкин, увидев, что его солдат парит где-то в своих мыслях. — Актер, проснись!

— Да не актер я! — встрепенулся Савва.

— Актер-актер, — довольно закивал Михал. — Кто так ловко свалился и притворился мертвым, что даже японцы поверили, будто достали тебя?

— Все верно, — согласился Палкин. — Вот закончится война, всей разведкой скинемся и отправим тебя учиться дальше. В театре будешь играть, возможно, даже императорском.

Савва сначала смущался, что не смог пробраться мимо японцев, но шутки были не злые, и он понемногу и сам начал гордиться тем, что смог обмануть целое отделение японцев. Ему бы в тот момент еще гранату, и вообще бы хорошо было.

— А вы… — тем не менее, вслух Савва и не думал сдаваться. — А вас, господин младший унтер-офицер, после того как вы целое радио в чистом поле собрали мы в Московское инженерное училище отправим! А если будете хорошо учиться, то и в саму Николаевскую академию.

— Вот и правильно, — Михал хохотнул. — Вы идите учиться, а я тут останусь — и тогда все повышения только мои…

Неожиданно он оборвал себя на полуслове, все остальные тоже замерли.

— Ничего не вижу, — признался стоящий на наблюдательной позиции Палкин.

— Звуки птиц… — пояснил Михал.

— Кричат, — напрягся младший унтер-офицер. — Вроде все как обычно.

Птиц, несмотря на календари и прохладу, в Корее было много — климат тут мягкий, многие в своих полетах на юг в итоге тут и останавливались. Поэтому в воздухе всегда стоял легкий гомон.

— Не все… — пояснил Михал.