Потом обратно обороты сбавляет, звучит тише, но как будто угрожающе: – А вот ты с этим шлангом совсем недавно планировала переспать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В какой-то мере, правда. Но отчего-то слишком обидная. Наверное, потому что он, придурок, не понимает, что я никогда бы не смогла этого сделать.

– Сгоряча сболтнула! Всерьез не планировала. И не планирую!

– Тогда прекрати мотать мне нервы, – снова рявкает так, что у меня уши закладывает. – Зачем с ним встречаешься?

– Может, потому что с ним у меня нормальные отношения?! – ответно ору. – С конфетами, букетами и совместным времяпровождением, а не сразу ЗАГС и железные оковы!

– Отношения? Какие, на хрен, отношения?

Не сговариваясь, соревнуемся, кто кого перекричит. Если бы мама с папой были дома, просто офонарели бы, что творится. Мы снова, как дети: толкаемся и глотки рвем.

– Отвечай! Маруся ты, блядь, Титова!

Прихватывая меня за плечи, встряхивает и напирает, оттесняя к стене. Едва касается, по телу дрожь несется. Забываю, что должна говорить. Хочу, чтобы обнял. А если не додумается, самой в него вцепиться желание распирает.

– Я тебе сказала, что люблю, ты как это использовал??? – на эмоциях выплескиваю то, что сильнее всего задевает. – Пошел ты, Яричек, чтобы я тебе еще что-то объясняла!

– Куда пошел, а?

– Да куда хочешь! – выкрикиваю буквально на исходе сил, не хватало еще расплакаться или… броситься его целовать. – Женись, к примеру, на своей Овсянниковой!

– Как я на ней женюсь, если она не ты?! – разъяренно и вместе с тем как будто устало рявкает Град.

Отшатывается и уходит, громко хлопнув дверью.

Я остаток дня вся на нервах. Подмывает пойти к нему. В какой-то момент с мыслями, что он меня все равно выгнать не сможет, почти решаюсь идти. Но выглянув в окно, вижу, что машины Градского во дворе нет.

Как я упустила, что он уехал?

А если к ней отправился?

Боже… Я хоть девочка и довольно хрупкая, от обиды и злости внутри меня разрастается необузданное желание что-то в щепки разбомбить. Долго это состояние длится, на стол к ужину накрываю и едва сдерживаюсь, чтобы не перебить ни в чем не повинный столовый сервиз.

Снова стук в дверь. Такой же настойчивый, каким был днем. Не глядя в глазок, знаю, что Ярик вернулся. Ничего не могу с собой поделать, испытываю приливы сумасшедшей радости. Едва удается совладать со своим телом, чтобы не броситься к двери бегом.

– Цветов тебе захотелось? – прилетает грубоватое Градское через порог. – На.

Растерявшись, машинально принимаю огромный букет красных роз.

Ну, пипец…

Пришел, и снова с наездами! Я полдня страдаю, а он, как обычно, уверен, что вся правда на его стороне.

Радость еще плещется, конечно.