Салли закрыла дверь, чтобы им никто не мешал, и мужчина вылез в окно, не открывая двери. Он, может, и не подозревал, что она закрыта. А если бы знал, он бы, наверно, отпер ее, чтобы замести следы. Эта запертая дверь — серьезное для вас разочарование, инспектор. Даже вы с трудом можете представить себе, как кто-нибудь из членов семьи карабкается по стремянке, чтобы попасть в собственный дом и выбраться из него. Я знаю, как приковывает ваше внимание эта самая помолвка Макси и Джапп, но можете не напоминать мне о том, что, если бы мы вынуждены были совершать убийство всякий раз, когда надо избавиться от помолвки с кем-то, смертность среди женщин была бы очень высокой.

Феликс понимал, произнося монолог, что делает ошибку. Страх загнал его в ловушку — он снова взбесился и распустил язык. Сержант смотрел на него смиренным и немного жалостным взглядом человека, который на своем веку повидал много людей, выставлявших себя дураками, но тем не менее всякий раз надеется, что болван возьмет себя в руки. Дэлглиш заговорил мягко:

— Я считал, что вы хорошо провели ночь. А вы говорите, что дождь шел от половины первого до трех.

— Я хорошо ее провел.

— Значит, вы страдаете от бессонницы? А что вы принимаете?

— Виски. Но в чужом доме редко.

— Вы рассказывали, как было обнаружено тело и как вы пошли в ванную комнату с миссис Рискоу, а доктор Макси — звонить в полицию. Спустя какое-то время миссис Рискоу пошла к своей матери. А что вы после этого делали?

— Я подумал, что надо бы сходить к миссис Балтитафт, посмотреть, как она там. Вряд ли кто-нибудь захочет завтракать, но ясно было как божий день, что кофе понадобится прорва, да и сандвичи не помешают.

Она была в трансе, все причитала, что Салли, верно, сама на себя руки наложила. Я растолковал ей, как можно деликатней, что с анатомической точки зрения это не представляется возможным, отчего она еще больше стала убиваться. Сначала она глянула на меня испытующе, точно на незнакомца, и потом принялась навзрыд рыдать. Мне удалось успокоить ее, тут и мисс Бауэрз явилась с малышом и очень ловко покормила его завтраком. Марта взяла себя в руки, и мы принялись готовить кофе и завтрак для господина Макси. К этому времени прибыла полиция, и нам велено было ждать в гостиной.

— Миссис Балтитафт разрыдалась тогда в первый раз, дав волю своему горю?

— Горю? — Возникла чуть заметная пауза. — Она просто была очень напугана, как все мы."

"— Спасибо, сэр. Вы нам очень помогли. Ваши показания будут отпечатаны, а потом попрошу вас перечитать их и, если вас все устроит, расписаться. Захотите мне что-нибудь еще сообщить, милости прошу. Я буду здесь. Если вы возвращаетесь в гостиную, пожалуйста, пригласите ко мне миссис Балтитафт.

Это было приказание, а не просьба.