И он работал, планируя новые удары…

А потом на главную базу после разведывательной вылазки в город заявился Свояк и притащил с собой какого-то парня.

— Это Гном. Вместе подготовку в разведшколе во Владече проходили.

— Понятно, — внимательно посмотрел на неожиданного гостя Курган. — Однокашники, значит. Это хорошо.

Глава 5"

"Добровольно сдавшихся или согласившихся на сотрудничество агентов абвера мы использовали с толком. Военная прокуратура приостанавливала в отношении них уголовные дела, но производство можно было возобновить в любой момент.

Да они и так прекрасно понимали, что плотно насажены на наш крючок, с которого сорваться — шансов никаких. В основной массе эти люди работали добросовестно, порой с риском для жизни, изо всех сил стараясь искупить вину и доказать: «Я свой! Верьте мне!»

Из числа таких раскаявшихся перебежчиков мы набирали агентов-опознавателей. Они знали в лицо своих сослуживцев по разведывательным школам и с готовностью описывали их. Но описания обычно были такие: «рожа круглая, нос, уши и брови — все на месте». По подобным поисковым признакам много не наловишь.

Но сами они вполне могли узнать своих бывших коллег.

Использовали мы опознавателей в прифронтовой зоне и в тылу. Они разъезжали на поездах, толпились на вокзалах, работали в пунктах фильтрации. И результаты были убедительные. Схема действовала.

Мне удалось договориться с моим руководством в Москве, и нам перебросили, правда, не десяток, но семерых подготовленных и зарекомендовавших себя агентов-опознавателей.

Их доставили на самолете на военный аэродром, а потом привезли на грузовике в бывшую контору заводоуправления под Витебском.

Сам завод был разрушен еще в 1942 году, но административные постройки уцелели. И теперь здание заводоуправления использовалось в качестве конспиративного помещения областного УНКВД.

Прибывшие опознаватели выстроились во дворе. Было жарко. В лесном массиве поодаль ухала птица.

Я прошелся вдоль строя и остановился напротив низкорослого и широкоплечего Семена Билибина — бывшего сержанта-химика, а позже слушателя Владеческой школы абвера, где его наградили кличкой Гном. При первой же заброске он пристрелил своего резидента и сдался в ближайший отдел НКВД.

Три месяца назад я с ним работал. У парня хорошая оперативная хватка, прекрасные наблюдательность и зрительная память. Благодаря ему мы обнаружили агента абвера, а за ним вытянули и всю резидентуру. На его счету еще один задержанный. А это хороший результат.

— Ну что, сержант, поработаем? — спросил я.

— Так точно, товарищ майор. Работать и работать. Только так задушим гадину.

Опознавателей распределили по оперативным группам.