Зато росла холмистая гора, к вершине которой через лесок, змеей вилась дорога."

"«Графине виднее, куда ехать», — подумала и прикрыла глаза, чтобы немного подремать, а когда чуть позже выглянула в окно кареты — обомлела, увидев высокие, добротные четырех и даже пяти этажные мостки, на вышине которых парили яркие, красочные, очертаниями похожие на рыб, дирижабли. Я прильнула к окну и рассматривала их с изумлением.

Паритумы походили на дирижабли, однако сильно отличались. Чего только стоил большой, мерцающий, голубой шар, закрепленный снастями между деревянной палубой со стеклянным куполом, защищающим пассажиров от холода и ветра, и объемной овальной оболочкой, стилизованной под блестящую рыбу с красными плавниками.

— Впечатлены? — улыбнулась графиня.

— Очень. А остальные тоже поплывут на паритуме?

— Конечно, нет! Паритум — корабль для благородных!

Экипаж остановился у одной из вышек. Мужчина в голубой униформе и фетровой шапочке открыл дверцу, помог нам спуститься, а после провел к лифту, на котором нас подняли на самый верх вышки, где в ожидании рейса состоятельные путешественники коротали время в подобии воздушного вокзала — кто за едой, а кто просто почитывая газеты.

— Изволите, посетить холлапаритум? — услужливо поинтересовался служащий компании.

— Нет, — нахмурилась графиня. Она волновалась перед «плаванием» и пребывала явно не в духе.

— Согласно правилам, питомца все плавание следует держать в корзине…

— Не отдам Жужа! — взвилась Ильнора, готовая вступить в бой с любым, кто попытается тронуть ее любимца. — Он от страха будет плакать!

Мужчина уже готов был начать терпеливо объяснять, что таковы правила, но вмешалась я.

— Простите, я понимаю, что того требуют правила безопасности, но можно клетку с Жужем поставить около нас, чтобы мы могли приободрять его. Обещаем до конца поездки не выпускать!

Мужчина тяжело вздохнул, окинул взглядом меня, графиню и с сомнением кивнул. Однако оговорился:

— До первой жалобы других клиентов.

— Хорошо! Если Жуж испугается, я пойду с ним, куда скажете, — заверила служащего с самым честными глазами, и он отчеканил:

— Добро пожаловать на борт патирума.

По широкому трапу с высокими бортами мы вошли в просторное, светлое

помещение, обставленное с отменным вкусом дорогой мебелью.

Диваны, ковры, игральные столы, шкафчики с прессой и книгами… — все что угодно для путешествия высокородных господ с комфортом.

— Корфина, садитесь у окна! — велела графиня. И едва расположились, коснулась моей руки. — Если я буду в обмороке, выбирая между мной и Жужем — выбирай его. Он ужасный трусишка!

— Ну, что вы, графиня! — улыбнулась я, поглаживая Жужа за ухом. — Он храбрый, умный мальчик.