Кажется, теперь дворецкий растерялся, потому что впервые я успела гордо развернуться и уйти первой, а не как прежде провожать смущенным взглядом узкую спину Гевиба.

Следующие два дня из-за мигрени графиня провела в своей комнате, в тишине, с закрытыми шторами, но еженедельные заседания попечительниц приюта она никогда не пропускала. А значит, сегодня есть возможность прогуляться и осмотреться в городе.

Утром накрапывал дождь, сейчас клубился по мостовой молочный туман, но непогоду в теплой карете не замечаешь. Поглаживая Жужа, я любовалась багряно-золотым листопадом, осенними улочками Хельгерда и ждала, когда графиня скроется в дверях приюта.

А дождавшись, нацепила на пса ошейник и с помощью Гизо покинула карету.

С того раза между нами установился хрупкий мир. Мы более не ругались, но по-прежнему не общались, так как оба боялись, что нас опять поймут превратно.

— Пройдемся по дорожке, — предупредила угрюмого слугу и неспешно зашагала по аллее.

Под ногами шуршали листья. Жуж с удовольствием находил большие кучи, прыгал в них и, работая лапами, разбрасывал листву во все стороны. Без улыбки на него невозможно смотреть.

Я смеялась и так увлеклась, что не заметила, как со спины кто-то подошел.

«Ну, Гизо! Вечно контролирует…» — обернулась и натолкнулась на неприятного типа, который резким, быстрым движением (я даже не успела вскрикнуть) накрыл рукой мой рот.

Как ни брыкалась отчаянно, вырваться из грубой хватки не смогла. Вдобавок платок, прижатый к лицу, пах тошнотворно-сладко. Вздохнув лишь пару раз — тело перестало меня слушаться, сознание поплыло.

Где-то вдалеке надрывно-звонко лаял Жуж, приглушенным эхом доносились мужские голоса, и прежде чем отключиться, я успела с сожалением констатировать:

«Вот и все… Допрыгалась…»

* * *— Надеюсь, ее не отравили… — услышала сквозь сон встревоженный голос графини.

— Не думаю. Баронесса нужна им живой, иначе бы удар ножом — и дело сделано.

— Какие ужасы ты рассказываешь! Чудо, что все обошлось.

— Трость жаль, — вздохнул Гизо. — Я бы и без нее справился, да под руку подвернулась. Ваша компаньонка хоть и со странностями, но негоже ее похищать почти из вашей кареты…

Вот уж не ожидала, что невзлюбивший меня собачий нянь станет моим спасителем.

От смущения покраснела, чем и выдала себя.

— Гизо! Корфина очнулась! — обрадовалась Ильнора, склоняясь надо мной. — Цела?! Кто посмел напасть?!

— Фло-ран… — с трудом произнесла я. — Брат. — Пересохшее горло саднит, и говорить больно, но наябедничать — святое дело. — Или Унд… Или все… вместе.

— Баронесса знакома с мсье Ундом?! — в голосе Гизо раздались ироничные нотки. — Кто бы мог подумать.

— Несостоявшийся жених, — нехотя пояснила. — Вовек бы его не знала и не видела.