Она в гостевой и с нетерпением ожидает встречи с вами!

— Ильнора?!

Поверить не могу! Я в полной растерянности смотрела на герцога и в спешке прикидывала: как ее внезапный приезд скажется на моей самостоятельности? В принципе, прежде графиня не пыталась контролировать мою жизнь, как Освальд, поэтому шанс обойтись малой кровью есть. Однако как только она узнает, что теперь я живу в простой комнатушке — ей станет дурно. Для потомственной аристократки опуститься ниже определенного уровня благосостояния, например, собственноручно готовить, прибирать постель, мыть обувь — нечто из рук вон выходящее.

А с моей стороны расстраивать добрую женщину — черная неблагодарность…

Что же делать?

— Что вы ей сказали? — повернулась к Освальду, внимательно наблюдавшему за моими метаниями.

— Ничего. Это ваш выбор, Корфина."

"— Не хочу ее обманывать, — прошептала взволнованно. — Но надо выбрать подходящий момент, подготовить графиню, и потом уже рассказывать, что живу отдельно и все остальное. А что, если пока буду вечерами тайком уезжать, а по утрам приезжать к вам? — посмотрела на герцога с надеждой.

— Пешком? Чтобы вас в подворотне ограбили? Или забрались ночью в дом, решив, что вы протеже богача, раз посылают за вами личную карету? М? — Освальд пронзил меня укоризненным взглядом. — И зарезали?

Он опять во всем прав! Берет в тиски, но я не для того столько вытерпела за два лунья, чтобы сдать позиции и снова оказаться под его давящим крылом.

— Можно нанять извозчика, — предложила другой вариант.

— Стоит наблюдательной прислуге соседних домов заметить, как вы тайком уезжаете, приезжаете — поползут невероятнейшие слухи, и вы сто раз пожалеете о неосторожности, — он стоял серьезный, собранный, однако не сказать, что расстроенный.

Скорее, наоборот, надеется, что теперь я снова буду под присмотром. Если не его, так Ильноры.

— И что делать?! Как лучше сказать, чтобы не ранить ее?

— Вам решать, Корфина. Но убогой комнатушкой вы разобьете графине сердце. Она ведь так желала вам добра.

Я понимала, что это в чистом виде манипуляция, и не собиралась поддаваться. Чтобы лучше думалось, начала расхаживать по библиотеке, гадая, как лучше поставить Ильнору в известность о моем решении жить отдельно.

Однако в коридоре послышался частый стук каблуков, звонкий лай, затем дверь распахнулась — и в библиотеку вихрем влетела графиня.

— Корфина! Девочка моя! — раскинув руки, она крепко обняла меня. — Какая ты красивая! Мы с Жужем соскучились по тебе и не стали дожидаться окончания сезона. Вот и приехали, решив сделать сюрприз…

Пока мы обменивались любезностями, Жуж примостился у окна, где за день солнце нагрело паркет, и, задрав мордочку, внимательно изучал меня.