Новый повар Веспверков каждый раз превосходил себя, творя нечто изумительное, тающее во рту. У себя по утрам и вечерам я питалась исключительно скромно, но и не голодала. Однако Освальд уверен: живу я ужасно, и на все уговоры Вейре, отпустить его ко мне в гости, морщился. А еще пытался подкармливать меня. Я же изо всех сил сдерживалась, чтобы не съесть больше, чем пристало культурной баронессе.

— Ешьте, ешьте! — иной раз Освальд складывал руки домиком, опускал на них подбородок и наблюдал, как я ем.

Цирк, где я — клоунесса. Наверно, ждет, когда взмолюсь, но я все сильнее хотела доказать, что он ошибается во мне.

Тем не менее, его отношение, завуалированные полунамеки, что могу повиниться, не давали мне впасть в отчаяние, потому что я знала: в самом печальном случае могу просить герцога о помощи. Конечно, уши у меня свернутся в трубочки и завянут от его нотаций и нравоучений, зато трущоб избегу.

Однако, осознание, что Освальд может быть великодушным, червяком изводило, грызло. Ну, е-мое! Впервые встретила человека, почти соответствующего моему мужскому идеалу, с достоинством, великодушного, а… он мне не светит! От слова совсем!

Да лучше бы он показал себя мелочным негодяем, скотом, самодуром — я бы сказала, что кроме денег и смазливой мордахи в Веспверке ничего нет.

Но это не так — и я страдаю, потому что хочу, как наивная дурочка всей душой, чтобы свершилось невозможное чудо и…

Нет, прочь глупые надежды. Допишу книгу и займусь личной жизнью.

Когда я собираюсь домой, Освальд любезно провожает меня. Сегодня тоже.

Увидев мои новые, очень простые и дешевые по его барским меркам сапожки, покосился и хмыкнул:

— Корфина, не обессудьте.

Но если вы еще смените пальто — помощник Сантье, что приступит к работе на днях, укажет вам на черный вход.

— Благодарю за предупреждение, — ответила сдержанно. К сожалению, по здешним меркам, это, правда, возможно. Но расхаживать в роскошной одежде пешком — чревато ограблением.

— Я дам распоряжение, но… все может быть.

— Я поняла ваш намек. Однако в них, — демонстративно выставила изящную ножку, которая и у меня в прошлой жизни была тридцать девятого, а то и сорокового размера. — Удобно ходить по лужам и наледи. Можете язвить, только я предпочитаю комфорт и безопасность риску упасть и сломать чего-нибудь.

 — Чтобы не болеть, я стала одеваться тепло. Теперь-то Кратье ко мне не придет, а приглашать другого доктора — дорого."

"— Мудрое решение, однако не стоит так экономить. В конце концов, на вашем счете есть некоторые средства.

— Благодарю за заботу, — ответила со льдинкой.

— Можете сердиться, но бумаги я отдам вам не раньше, чем уверюсь, что вы вполне рассудительны. А пока каждый визит в банк будет проходить в моем присутствии.