Я не так много их видел: «нашего», сидевшего на Селене, мельком – одного в лагере на Саельме, ну и того, на Трисгарде, который очень хотел, но так и не решился отобрать у меня прозрачный кристалл.

В общем, этот, появившийся в корабле, был «наш».

Я вышел вперед, всматриваясь в него. Конечно, даже после второго Призыва я был ему не ровня, что уж говорить о моей нынешней форме.

Но мне показалось, что Инсек занервничал.

– Несмотря на конфликт при расставании, хочу напомнить, что ты мне симпатичен.

– Ты же назвал нас обезьянами, – сказал я.

– Наглыми обезьянами, – поправил Инсек. – Наглость свойственна млекопитающим. Ничего оскорбительного, это научный факт.

Я смотрел на него, не отводя глаз. Я хотел дать Милане время собраться с мыслями.

– На всякий случай уточню, что настоящего меня здесь нет, – сказал Инсек.

Он взмахнул передней лапой, и та легко прошла сквозь пол.

Я нагнулся, взял из ящика банку тушенки и швырнул в Инсека. Та пролетела сквозь глянцевую морду и укатилась в туннель.

– Меня обижают сомнения в моих словах. – Инсек сделал несколько шагов вперед. В движении он больше напоминал ящерицу, чем муравья. – Я лишь слепок личности. Мне очень неприятно это осознавать и признавать, но я малая часть того, кто был в этом корабле. Говоря понятным вам языком, я упрощенная копия в сознании корабля, голографическая проекция.

– И зачем ты здесь? – спросил я.

– Сообщить вам о вашей судьбе.

Милана мягко взяла меня за руку, отстранила, подошла к Инсеку. Я уже видел такое, только в тот раз в ней был Высший, а Инсек боялся пошевелиться от страха.

– Ты посмел нарушить приказ Высшего? – спросила она.

– Высшего тут нет, – сказал Инсек. – Максим все понял правильно. Вы в иной реальности.

– Но Высший остался в нашем мире, – сказала Милана. – Поверь, он будет крайне недоволен. Ваша цивилизация будет наказана, а нас он вернет.

– Нет-нет, – Инсек издал странный булькающий звук. Может быть, смех? – В этом вся прелесть ситуации! Если мы удаляем ключевой элемент, то Высший не возникнет. Будет кто-то другой вместо него, но ты ему безразлична. Понимаешь?

– Вы напали на Высшего, – с нажимом повторила Милана. – Это непростительно.

Инсек заелозил на месте. Хоть он и был голограммой, не контактирующей с материальными предметами, но вел себя словно живое существо.

– Мы не проявляли агрессии, – сказал Инсек.

– Не проявляли? – возмутился я.

– Защита имущества не возбраняется, – ответил Инсек. – Никто не требовал от вас появляться на корабле. Никто не заставлял важные элементы Высшего пройти через экран. Никто не заставлял ключевой элемент покинуть свою Вселенную и оказаться в альтернативной. Ни одно наше действие не нарушает соглашений!

– Тогда открой проход обратно, – велела Милана.