– Ты в порядке? – прошептала она. – Шумно здесь? Пойдем наверх, полежишь. Ты устал.

Она могла бы и не шептать, потому что дети тут же заголосили: «Дед, и правда, пойди отдохни, ты устал», «День был длинный, ты как себя чувствуешь?», «Дедуля, давай, не сиди тут из-за нас, ты же знаешь, какие мы все совы!».

Он засмеялся:

– Хватит хлопотать надо мной. Я в порядке. Но вы заметили, Паша и Гарри готовятся крутить кино? А мне в самый раз прогуляться. – Он повернулся к Татьяне. – Пойдешь со мной?"

"Вопрос был риторическим. Он знал, что ей нравится прятаться в сторонке, когда они препарируют мгновения прошлого. Ни его рядом и никого другого. Забрав у Джейни малыша, Энтони отправляется на прогулку между агавами с новым монархом – Шенноном Клэем Третьим, а Татьяна исчезает в доме.

Дети делают это каждый День благодарения после караоке – это праздничный обычай. Свет гаснет, все собираются вместе, девочки-подростки, и студентки, и новенький бойфренд, и маленькая молодая учительница. Энтони включает старый восьмимиллиметровый проектор – Томми рядом с ним, Энтони-младшего нигде не видно, – и вскоре на кремовой стене возникают черно-белые картины – это моментальные видения, которые не говорят ни о чем и все же обо всем. Они смотрят старые фильмы – шестьдесят третьего, пятьдесят второго, сорок восьмого, сорок седьмого годов, – и чем старше те съемки, тем сильнее волнуются дети и взрослые.

В этом году, поскольку здесь нет Ингрид, Энтони показывает им нечто новенькое. Это 1963 год. День рождения, веселье, свечи. Энтони исполняется двадцать. Татьяна вынашивает Джейни. («Мамуля, посмотри, это же ты в животе у бабушки!» – восклицает Вики.) Гарри топает вокруг, за ним шумно и без устали гоняется Паша – ох как в девяносто девятом детям нравится видеть, что их родители были вот такими; как Мэри и Эми наслаждаются, видя своих драгоценных мужей малышами! Восторг в кабинете бесконечен. Энтони сидит в патио, с голой грудью, закинув ногу на ногу, играет на гитаре «С днем рожденья меня» – так он поясняет сейчас. Восторг слегка слабеет, когда они видят их брата и отца таким прекрасным и целым, это задевает все сердца… Но вдруг в кадре появляется высокая смуглая женщина, ошеломительно красивая, с бесконечно длинными ногами; она останавливается рядом с Энтони. Камера следит за ним, потому что Энтони поет, а она щелкает зажигалкой и зажигает свечи на его торте, одну за другой, а он поет хит тех дней «Ring of Fire» – «Кольцо огня»…

Женщина не смотрит на Энтони, он не смотрит на нее, но в кадре видно, как ее бедро прикасается к подошве его босой ноги каждый раз, когда она зажигает двадцать свечек по очереди.