Гарри, прошу! – воскликнул он. – Я имею в виду реальную, работающую изумительную систему. Это практически осуществимо для них? Осуществимо? Этого я не знаю. Возможно, нет. Они уже истощили ресурсы в войне с Афганистаном, они там безрезультатно сражаются шесть лет. Не просто истощились, но уже влезли в долги, занимая в Международном банке деньги на эту маленькую войну. Они должны Международному банку больше, чем другие сто семьдесят две страны. А в мире всего сто семьдесят пять стран.

Все засмеялись.

– А помимо Афганской войны, – весело продолжил Александр, делая глоток шампанского и закуривая, – они субсидируют все свои западные сателлиты – Восточную Германию, Польшу, Чехословакию, Румынию, Венгрию, Болгарию. Плюс к тому они тратят деньги на свои военные базы, а там миллионы человек по всей Восточной Европе. Они платят за Берлинскую стену, ее охрану. Они платят за охрану Леха Валенсы, за то, чтобы не пускать поляков в церкви. Могут ли они позволить себе отказаться от этих трат? Забыть о Берлинской стене и вложить все в стратегическую оборонную инициативу? – Александр пожал плечами и улыбнулся. – Возможно. Возможно, им бы и следовало это сделать. Но если они так поступят, стена рухнет, Валенса освободится, а католики начнут служить мессы в Кракове. Советам и без того очень трудно отделить Христа от польских коммунистов. Но они ведь еще и субсидируют каждый новый переворот в Африке и Южной Америке, и Кубу, и Вьетнам. И бунты в Анголе, Эфиопии, Никарагуа, Сальвадоре, Гренаде… Создание подобного хаоса во всем мире недешево обходится, сам понимаешь."

"Взгляд Александра остановился на Татьяне, словно он что-то вспоминал – может быть, тот хаос во вселенной, в котором все было едино, в котором все было правильно и все согласовывалось. Потом он продолжил.

– В семьдесят девятом Советы платили за вьетнамское вторжение в Камбоджу и помогали им отбить вторжение Китая. В том же году они расширили зону действий и вторглись в Афганистан. Они продолжают оплачивать вьетнамскую армию, одну из крупнейших регулярных армий в мире. Зачем они это делают? И для чего Вьетнаму до сих пор нужна подобная армия? Лаос, Камбоджа, Вьетнам – все едино. – Он улыбнулся Татьяне. – Советский Союз не производит ничего ценного, кроме золота и нефти, а после уничтожения ГУЛАГа бесплатный труд более недоступен. Уголовных заключенных недостаточно, чтобы поддерживать плановую экономику Советского государства. Поэтому, Александр Баррингтон, мой сын, твой третий вопрос… Если хочешь знать, что я думаю: притом что они так глубоко завязли во всем этом, должны ли Советы тратить сотни миллиардов рублей, которых у них нет, на самую глупую идею, о какой только ты слышал? – Александр рассмеялся. – Ну конечно, сказал бы я.