Она не спеша подошла к винокурне и поздоровалась с Джином Себастьяни, а через пятнадцать минут обнаружила, что не только пьет незнакомое, но очень приятное вино, но еще и соглашается на работу в качестве помощницы в патио, разносить вино!

Татьяна пробормотала что-то насчет Энтони, но Джин сказал:

– О, ничего, мальчик может вам помогать! Увидите, у нас тут много хороших людей.

И этим людям действительно понравился маленький помощник, да и к его матери они отнеслись благожелательно. Татьяне пришлось натянуть на белое платье без рукавов жилет на размер меньше необходимого, и так она сновала между столами.

И пока Александр работал, собирая грозди на многих акрах виноградников, зарабатывая семь долларов в день за двенадцать часов, Татьяна собирала чаевые, словно трудилась на императоров.

Конечно, заработок Александра был невелик, но тут уж ничего было не поделать: вокруг было слишком много людей, готовых работать и за меньшее. Поэтому Александр работал как всегда, и, когда Ник Себастьяни это увидел, он повысил ему плату до десяти долларов в день и поставил старшим над двадцатью другими мигрантами.

"

"Поначалу они жили в своем доме на колесах, рядом с бараками, чтобы пользоваться душем. Себастьяни хотел, чтобы Александр жил в бараке с другими рабочими. Но Александр отказался:

– Я не могу ведь жить в бараке с семьей, Таня. Здесь что, Заксенхаузен? Ты хочешь быть моей маленькой лагерной женой?

– Если пожелаешь.

Они устроились подальше, сняв комнату на втором этаже пансиона с завтраком в двух милях от бараков. Комната была дорогой – пять долларов в день, – но очень большой.

В ней была кровать таких размеров, каких они никогда не видели прежде. Александр назвал ее кроватью для борделя, потому что где еще могли понадобиться такие спальные просторы? Он был бы рад и узкой кровати на Оленьем острове, ведь они так долго не спали в одной постели. У Энтони была собственная раскладушка в дальнем углу. В конце коридора имелась ванная комната с душем, а в столовой внизу им подавали завтрак и ужин, так что Татьяне не нужно было готовить. Но это не слишком понравилось и Александру, и Татьяне.

Александр сказал, что они уедут, как только похолодает. Наступил сентябрь, но все еще было тепло; ему это нравилось. К тому же Татьяна не только зарабатывала немного денег, ей разрешалось в небольшом количестве бесплатно пить игристое вино – брют «Бизоль», который она находила довольно вкусным. После работы она могла сидеть с Энтони, есть хлеб с сыром и запивать вином. Закрыв винодельню, Татьяна подсчитывала выручку, играла с сыном, ожидая, пока работу закончит Александр, и пила вино.