Он выпустил из дома Шельму, она тут же устремилась воевать с воронами, перепрыгнула с наших деревьев на соседские и терроризировала уже соседских ворон. Одну убила и растерзала, отчего перья разлетелись по всему участку, а у соседки случилась истерика.

Воронье гнездо на соседнем участке оказалось не на столь тонкой ветке, так что Шельма добралась бы до него, если бы не эта деятельная сердобольная старушка. Она саботировала процесс охоты, очень гневалась и кричала, причём не стесняясь в эпитетах в мой адрес.

Будто я в чём-то виновата!

Услышав наш добрососедский обмен любезностями, Талла вылетела на крыльцо с винтовкой и пообещала собственноручно сшить старушке саван, если та не уймётся.

На эстренском. Самое удивительное, что старушка прекрасно её поняла. Видимо, по интонации.

Вечером мы активно налегали на лоарельский и выучили массу новых выражений из вокабуляра деда Кальва. Так сказать, подготовились к углублению знакомства с соседкой.

Ах да, у нас в доме по-прежнему всего один стул, но мы приспособились есть стоя. Очень удобно, больше умещается.

Пожалуйста, одевайся потеплее, а то похолодало.

И не забывай о сне и еде.

Жду твоего возвращения и люблю с каждым днём сильнее и сильнее!

Третье сентабреля 1135-го года

Мой родной особист!

Сегодня дед Кальв получил первую партию заказанных материалов и приступил к изготовлению качелей для Дичика.

Пока он отвлёкся, вороны стырили у него гвозди, а Шельма в этот момент билась головой в панорамное окно гостиной, пытаясь вырваться наружу и всех покарать.

К счастью, гвоздей у нас оказалось много и их хватило на задуманное.

Качели ещё не готовы до конца, но мне очень нравится манера работы деда Кальва — спокойная и обстоятельная.

Видно, как он любит дерево и наслаждается процессом. Дичик с удовольствием наблюдает и помогает: покрывает доски специальным лаком.

Талла перешла с брюк на рубашки и практически не отходит от швейной машинки, с горящими глазами рассказывая о дальнейших планах.

Я сегодня много готовила — наконец разобралась, как работают плита и чугунная печь. До этого у меня то подгорало, то оставалось сырым, но теперь я поняла, как с ней обращаться.

К вечеру пошёл дождь, и мы сидели в гостиной у горящего камина, распивая чай на расстеленном на полу одеяле.

Талла пообещала купить пух и сшить подушки, а дед Кальв — сделать лавки. Я пообещала отдохнуть, потому что все эти суетные дни ужасно меня вымотали, а ещё я очень соскучилась.

Надеюсь, завтра Талла или дед Кальв смогут отнести письма.

Скучаю как сумасшедшая! Возвращайся поскорее.

Четвёртое сентабреля 1135-го года

Мой любознательный особист!

Сегодня я весь день валялась с конспектами Кайры, очень, надо сказать, толковыми.

Узнала много нового.