— Увлеклись, — хмыкнул Ракса, — Ростислав Драгомирович оказался интересным собеседником. Образец выдержки и спокойствия.

— Достойная смена подрастает, — кивнул Вяземский, замирая на секунду.

— И не говорите, — Ракса слез с барного стула и, опёршись о трость, сразу же как-то сгорбился и уменьшился в размерах. — С удовольствием познакомлюсь с князем Дымовым, представите меня?

— Конечно, — кивнул Вяземский и бросил мне, правда, вежливо: — Ростислав Драгомирович, я скоро вернусь.

— Не торопитесь, — ответил в его же стиле, растянув губы в улыбке.

Он никак не показал, что мои слова его задели. Я лишь смог заметить вспышку раздражения в его глазах, но и то мимолётную.

Не стал дожидаться, когда они уйдут. Развернулся к бару и столкнулся взглядом с барменшей, которая замерла чётко за моей спиной.

Девушка моргнула пару раз, натянуто улыбнулась и неуверенно спросила:

— Сочку?

Музыка утихла, и стакан заскрипел донышком по стойке.

— Подслушивала? — спросил я, наблюдая, как она двигает посуду.

— Ага, — вырвалось у Инги, но она тут же оправдалась: — работа такая.

Стакан замер напротив меня, и скрип прекратился. Но не у меня на душе. Там скребли кошки.

— Ну, я пойду, клиенты, — скомкано попрощалась девушка и ушла на другой край бара.

Взял стакан. Пригубил сок. Поморщился: апельсиновый. Не люблю апельсиновый. Слишком землистый привкус у свежевыжатого. Яблочный лучше.

Повертел стакан в руке, отмечая игру света на оранжевом нутре. Кто убил Гавела Раксу? Дед? Знал он о плане Меньшова? Сейчас, вспоминая прошлое, думаю, что знал. Слишком уверенно он действовал. Хотя, это же Дед. Он всегда такой. Нахрапистый и резкий…."

"Нет, не мог он убить. Я вспомнил, как в детстве он всегда выполнял свои обещания. А тут мирный договор подписал. Это серьёзней, чем просто слова.

Тогда кто? Отец? Тоже не думаю. Не пойдёт он на перекор Деду, особенно, когда тот говорит от имени рода.

Остаётся только Ерастов….

Эх, неужели дядя Саша? Он тогда последним шёл. Задержался в комнате, а после говорил с Матеушем, братом Гавела.

Выходит, Ерастов не по дружбе сорвался на Святогор? Выполнял приказ Могуты? А Серафим тогда, что делал? Хотя, он сам же и говорил, получил просьбу настоятельницы приглядеть за Лирой.

Получается, наша победа не наша? Мы не справились бы без друзей отца. А они не поехали по приказу?

Я задумался и понял, что мне, на самом деле, всё равно, чья победа. Главное, что победили. Меня волновало другое — бесит, что кто-то использовал нас с Лирой в тёмную. Хотя, Дед знал. Точно знал. Но это не отменяет моего возмущения.

Ох и выскажу я ему всё, что думаю, когда увидимся. Пусть только попробует темнить. Клещом вцеплюсь и не отстану, а будет упираться, позову маму. И сестёр.

Пока же, надо вцепиться в Меньшова. Ему сказали всё рассказать, пусть выполняет.