Вампиры спали днём, но не только потому, что прямое воздействие солнечных лучей убивало нас, а ещё и потому, что восход солнца погружал нас в бессознательное состояние. Мы могли бы бороться с истощением, но это была трудная и заведомо проигранная битва. В конце концов, мы сдадимся.

Казалось, он понял мои колебания.

— Наши головы заняты другими вещами и людьми, — сказал он. — Позже, после преодоления кризиса, будет полно времени для остального.

— А если нет?

— Все получится, — ответил он. — Потому, что, будь я проклят, если до конца года не увижу тебя голой в более благоприятной обстановке.

Я ни чем не могла помочь, но хоть посмеялась.

Этан тоже освежился и вышел из ванной в одних пижамных штанах, не оставляя простора для фантазий о своём теле. Медальон Кадогана красовался прямо над шрамом, что съежился на его груди, меткой от пронзившего его кола Селины.

Слишком быстро, по моему мнению, он выключил свет, и мы улеглись на жёсткий скрипучий матрац. Этан, не раздумывая, подтянул и прижал меня к себе.

Я наслаждалась чувствами, радостью, ощущением того, что он поблизости. Его теплом, его запахом, энергетикой, всем.

— Мы ничего не можем поделать с восходом солнца, — сказал он. — Так что давай отдохнём перед борьбой за светлое будущее.

Он прижал меня сильнее, и рука его змеей обвилась вокруг моей талии.

Рефлекторно я вздрогнула.

— Тебе холодно?

— Обычное дело. Я раньше плохо засыпала.

— Ещё до солнца?

— До солнца, — согласилась я. — Я могу быть уставшей, но мой мозг будет попрежнему переваривать то, что мне нужно сделать, бумажки, нужные мне на занятиях, другую ерунду. И я изобрела маленькую хитрость.

— Это дрожь?

— Воображение. Я сидела бы на корточках, закутанная в одеяло, и закрыв глаза, представляла, что сейчас зима и на улице бушует буря. Лютый холод. Ледяной ветер. Вой метели.

— Не слишком радостный сценарий.

— Не снежная буря успокаивала меня. А сама мысль о том, что я в безопасности и тепле.

— И это работает?

— В конце концов, я всегда засыпала.

Этан хихикнул.

— Тогда поведай мне свою историю, Страж. Убаюкай меня.

Я улыбнулась, закрыв глаза.

— Мы недалеко от берегов Аляски на грузовом судне в Беринговом море. Сейчас конец лета, и воздух становится более холодным. Море спокойно, но дует довольно свежий ветерок.

Этан вздрогнул и вытянулся позади меня. Ближе ко мне.

— Мы в каюте. Не шикарно, но имеется толстый, мягкий матрац. Мы лежим вместе, снаружи свистит ветер, а под нами перекатываются волны. Мы закрываем глаза, и как только мир успокаивается и начинается снегопад, мы засыпаем.

— Милая история, — сказал Этан спокойно. — Но у меня есть рассказ, который переплетается с твоим. Вообрази ревущий огонь в тёмных глубинах Чикагской зимы.