Я не могу быть ответственна за все несчастья, — признала она, прижимаясь к нему и наслаждаясь тем, как по-хозяйски, уверенно его руки обнимают ее.

Ей снова припомнились слова леди Кэтрин, ее пренебрежительный, презрительный тон. Но теперь ее не угнетало сознание собственной вины. И гордость ее взыграла, лицо залилось краской. Она не молочница! Она была дочкой сквайра, происходила из старинной и достойной семьи, а ее бабушка была дочерью герцога… и сестрой герцога!

Чарити посмотрела на красивое лицо Рейна и подумала о том, какой он нежный, щедрый, как добр и к ней, и к ее бабушке, и даже к ее несносному псу.

Он заслуживал лучшего. И она поклялась себе, что обязательно пробьет для него дорогу в высший свет и раздобудет эти приглашения на бал, которые ему так хочется получить. Она поможет ему! Глаза ее засияли веселой решимостью.

— Чарити? — Ее сияющая улыбка настолько противоречила недавнему унынию, что Рейн испугался. — В чем дело?

— Я вот о чем подумала, — промурлыкала она, прижимаясь к нему. — А когда мы с тобой начнем выезжать в свет, ты тоже станешь обливать меня водой?

— Должен признаться, что с обливанием водой я немного переборщил.

Лондонские проказницы увлажняют свои платья, а не поливают их водой так, что с подола капает. Просто я, когда начал, уже не мог остановиться.

— Вот это-то мне в вас всегда и нравилось, ваше сиятельство.

— Что тебе нравилось? — пророкотал он, перекатываясь на спину.

— Что вы не останавливаетесь.

Чарити явилась в комнату леди Маргарет сразу после обеда. В глазах ее сияла решимость.

— Бабушка, ты знаешь кого-нибудь в Лондоне? — начала она, усевшись на скамеечку возле кресла, в котором восседала старуха, штопая чулки.

Леди Маргарет подняла глаза, призадумалась.

— Вообще-то нет. Только эту зубастую Элли Фаркуар. А что стало с остальными девчонками, понятия не имею. Хотя… — Вдруг лицо старухи просияло. — Ведь есть еще Тедди! Боже, я его сто лет не видела.

— Тедди? — нахмурилась Чарити.

— Твой дядя Тедди, мой младший брат.

— Я и не знала, что у меня есть дядя Тедди. — Вид у Чарити был озадаченный. — Почему ты никогда не говорила о нем?

— Да я говорила, и не раз.

Тедди и есть герцог Кларендон.

— Бабушка, раз уж ты в Лондоне, то надо бы тебе нанести визит брату! И если уж ты все равно пойдешь к нему, то… Бабушка, он тебе, случайно, ничем не обязан?

Два дня спустя дворецкий герцога Кларендона явился в главную гостиную герцогского дома на Гросвенор-сквер доложить об очень настойчивой и самоуверенной гостье, которая вошла в гостиную буквально следом за ним.

— Ваша светлость, к вам леди Маргарет Вильерс.