Ты одобряешь мои действия? , – Конечно, одобряю, а как же! Если говоришь, что ближе у тебя никого нет, то это мудрое решение. Когда ты хочешь это объявить?

– Завтра.

– А во сколько он этот самый общак везет?

– В двенадцать. Я даю ему в офисе сверток, и он отвозит его в Раменское. Обычно он к шести уже возвращается.

– А сколько в том свертке?

– Шестьсот тысяч долларов.

– Сколько? – спросила я и упала со стула на пол.

– Шестьсот тысяч баксов. Что с тобой, Янка, дай помогу встать.

– И ты доверяешь ему такие деньги?

– Конечно.

– Но почему?

– Он уже год возит такие суммы."

"– Хорошо. Ну а если в один прекрасный день он не вернется к шести часам?

– А куда ж он денется! Я его из-под земли достану.

– Ага, скажешь тоже, куда он денется. Да возьмет билет, свалит за кордон, упадет на дно, и в жизнь тебе его там не найти.

– Но ведь год возит и никуда не свалил!

– А кто еще знает об этих деньгах?

– Да никто, только мы втроем, а теперь вдвоем, и еще ты узнала, – засмеялся Касьян. – Я тебе доверяю как самому себе. У меня от тебя секретов нет, я перед тобой как на ладони.

– Хороший, я смотрю, у вас воровской общак, помалу не возите. Скажи, а предположим, он украдет эти деньги, тебе что за них будет?

– Он их не украдет.

– Ну, я же сказала – предположим.

– Да, тогда у меня были бы большие проблемы. Ты пойми правильно, мы же не коммерсанты, готовые за копейку мать родную удушить, а братва. У нас семья, понимаешь? Мы все делаем одно общее дело, повязаны одной ниточкой, ходим по одному канату.

– Понятно, – улыбнулась я и чмокнула Касьяна в щеку.

Он пристально посмотрел мне в глаза и довольно холодно произнес:

– Я слишком люблю тебя, Яна, понимаешь, даже слишком. Доверяю тебе и надеюсь, что ты меня не подведешь.

При этих словах Касьян взглянул на меня так, что по телу забегали мурашки, а ноги чуть не подкосились. Но я тут же взяла себя в руки и тихо сказала:

– Конечно, Касьян, о чем разговор. Знаешь только, что меня постоянно гнетет?

– Что?

– Где Комар?

– Не знаю, его никто не видел с тех пор, как он полетел за тобой во Владивосток.

– А дома?

– Дома он не появлялся, мои люди следят за его квартирой.

– А у знакомых?

– У знакомых тоже. Яна, неужели ты думаешь, что я бросил это на самотек. Мне хорошо известны все места, где он может объявиться, мои люди расставлены повсюду.

– У меня дурное предчувствие, Касьян.

– Как это?

– Предчувствие смерти, вернее, ее приближения. У тебя когда-нибудь было такое?

– Ты что несешь?

– Знаешь, за несколько дней до того, как я заказала своего супруга, он перестал спать. На его душе была тревога, он мучился, понимаешь. Так вот я сейчас испытываю то же самое.

– Не говори ерунды. Со мной ты в безопасности.

– Хотелось бы верить.