Когда мы заканчиваем ужин и я перемываю тарелки, приходит муж поварихи и сообщает, что герцогу ничего готовить не нужно, он только что уехал по срочному вызову самого короля, видимо опять где-то прорвалась тьма, а всем ведомо, что только драконы могут ее загнать обратно, ведь в основе их магии тот же мрак.

Угу. Всем ведомо, кроме меня. Но спрашивать, что за тьма и как дракон ее загонит обратно, не рискую. Ни к чему мне сейчас ненужные ответные вопросы на тему, как это я ничего не знаю. Враньем сыта по горло. Поэтому молчу и просто слушаю. И еще немного грущу, что герцог уехал. Очень хотела его увидеть… после всего произошедшего. Ну да ладно. Что я, девица малолетняя, чтобы сидеть да вздыхать? Работы вон – полным-полно.

Когда все расходятся по своим комнатам, закрываю кухню и тоже иду к себе. Проходя мимо окна, вижу, что забыла закрыть сарай. Ругнувшись, накидываю пуховый платок на плечи и быстро выбегаю во двор. Надо закрыть, а то мне завтра влетит от тетушки Агаты.

Закрыть сходу дверь не получается, приходится убрать дрова, которые сегодня кто-то рубил и бросил абы как, не сложив. Я наклоняюсь, чтобы отбросить последнее полено, когда меня кто-то хватает под руку и затягивает в сарай. Хочу закричать, но резко замолкаю, когда на мой рот ложится широкая ладонь и голос, который я никогда не слышала, но сразу узнала, говорит:

- Тише. Это я!

Глава 18

Никогда не думала, что обычный мужской голос может набатом отдавать в голове и ледяным холодом во всем теле. Резко дернувшись, поворачиваюсь лицом к говорящему. В сарае темно и я не сразу вижу черты лица, вначале только силуэт, но потом мужчина делает шаг в сторону окна, из которого льется яркий лунный свет, и я ахаю, понимая, что мне не показалось. Граф Росс Бонвилл, собственной персоной. Живехонек и здоровехонек!

- Ты… - удается выдавить из пересохшего горла.

- Да, любимая, я жив! Представляю какой это для тебя шок, но все хорошо, это правда я. Вот, почувствуй, - и хватает меня за руки холодными пальцами. – Я тут немного промерз, сама понимаешь, не лето уже… Да и голоден. Принесешь мне что-нибудь поесть?

- Как? Что? Ты же умер! – с третьей попытки мне удается выдавить из себя связную фразу.

- Ну, как видишь, нет, - самодовольно улыбается. – Это был тщательно продуманный план, чтобы запутать следы. Но тебе ни к чему забивать свою милую головку подобными ужасами, лучше принеси своему мужу…

- Ни к чему забивать голову ужасами? – переспрашиваю, едва борясь с желанием расцарапать эту сочащуюся довольством морду. – Ты серьезно?

- Конечно. Такой хорошенькой женщине, как ты, совершенно нет нужды вникать в мужские дела.

- Откуда у тебя вдруг возьмутся мужские дела, мне интересно?! – все, меня прорвало.

- Как это откуда? – муж еще не понимает, что попал.

- Вот так.