— Хотя уверена — это излишне. Он в курсе всех проблем региона, но покончить со злом можно лишь совместными усилиями после долгой изнурительной борьбы.

— Издеваешься? — буркнул Луганский.

— Нет. Не лез бы ты не в свое дело, для этого есть специально обученные люди. Кое-что у них получается. Недавно некие граждане лишились тепленьких мест, а Дед официально заявил, что с коррупцией в рядах вскоре будет покончено.

— Все-таки издеваешься, — кивнул он, поднялся и ушел, а я загрустила. Допила чай и отправилась к себе.

Не успела я с удобствами устроиться в родном кабинете, попутно пытаясь решить, чем себя занять в ближайшее время, как дверь открылась, и в комнату вошел Дед. Надо сказать, после моего водворения здесь он взял за правило заглядывать ко мне хотя бы раз в день. Может, моя физиономия повышала его работоспособность, а может, он просто желал убедиться, что никуда я не сбежала и отрабатываю потраченные на меня деньги.

— Привет, — сказал он, проходя к столу и устраиваясь в кресле, и добавил:

— Прекрасно выглядишь.

Я согласно кивнула, не желая его расстраивать, хотя и в самом деле выглядела неплохо, однако женщины редко бывают абсолютно довольны своей внешностью, и я не исключение. Дед подумал и поцеловал меня в лоб по-отечески и после этого устроился в кресле основательно, а я заподозрила, что он не просто так пришел. Однако причину своего появления Дед открывать не спешил, и я тоже торопиться не стала.

— Что нового? — спросил он довольно равнодушно.

Надо полагать, вопрос был риторический. Дед обожает риторические вопросы, я, кстати, ничего против не имею, раз отвечать на них необязательно, но что-то все-таки сказать было надо, и я сообщила:

— В городе появилась банда подростков на роликах, тырят у прохожих мобильные.

Деду это сообщение по неведомой причине не понравилось.

— У тебя украли мобильный? — нахмурился он.

— У меня — нет. Но я была свидетелем данного безобразия.

— И что? — продолжил он хмуриться.

— Ничего, — пожала я плечами.

— Слава богу, я боялся, ты кинулась восстанавливать справедливость, забыв, что в твоем положении…

— Когда ты это говоришь, я чувствую себя смертельно больной."

"— Я беспокоюсь за тебя, — вздохнул он и посверлил меня взглядом. — Ты давно виделась с Луганским? — мягко спросил он, но я насторожилась. Хорошо зная Деда, я предположила, что вопрос этот он задал не просто так.

— Только что, — ответила я. Дед взглянул исподлобья, словно прицениваясь. Иногда он забывался, вот как сейчас, и его взгляд становился до того жестким, что под ним невольно ерзать начинаешь, впрочем, для меня это пройденный этап.

— Кажется, он тебе доверяет, — заметил Дед.

— Непонятно почему, — кивнула я.

— Как раз понятно, — пожал он плечами.