Не поверишь, они Тагаева еще больше зауважали. Скажи, что с людьми творится?

— Передай Тимуру, — попросила я. — Пусть приедет.

— Ага. Воспитывать будешь? Нехорошо, мол, дяденек колесиками… Смех, да и только. Волки если и живут с людьми, то только на правах пленников. Вон у тебя мобильный на тумбочке, — недовольно отмахнулся Вешняков.

— Я звонить ему не могу.

— И не надо. — Артем посмотрел с тоской и добавил:

— И он не придет. Он ведь понимает, после того, что он сделал… у тебя-то с мозгами все в порядке.

Тимур так и не пришел, а я так и не позвонила. В конце месяца меня выписали из больницы, я забрала Сашку, который все это время жил у Ритки, и вернулась в свою квартиру, хотя Дед очень настаивал, чтобы я поселилась у него. Поспешила выйти на работу, стараясь поскорее направить жизнь в привычное русло и без дрожи смотреть на мамочек с колясками и витрины секций мягких игрушек. За редким исключением это почти удавалось. Пока вдруг ночью не раздался телефонный звонок и я не услышала голос Лукьянова.

— Здравствуй, милая. Хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — хихикнул он и добавил серьезно:

— Найди меня.

— Странное занятие для девушки, которая сделала все, чтобы тебя потерять.

— Вдруг ты поспешила? — опять хихикнул он, а я вздохнула.

— Это будет игра в прятки или в ней есть какой-то смысл?

— Конечно.

— Тогда назови причину, по которой мне захотелось бы тебя найти? — усмехнулась я.

Голос Лукьянова стал вкрадчивым, а у меня появилось чувство, точно сам дьявол стоит рядом и тихонько нашептывает в ухо.

— А ты подумай.

— Наверное, я недостаточно сообразительна.

— Даю подсказку. Семимесячные дети довольно живучи.

— Чушь, — сказала я резко, но под ложечкой противно засосало.

— У твоего сына гены хоть куда: мама живучая точно кошка и папуля не подкачал.

Он сказал ""сын"", и все поплыло перед глазами, хотя я знала, этого не может быть. Этого просто не может быть.

— Ты сейчас все это выдумал?

— Нет, что ты, гораздо раньше. Зачем, по-твоему, я выкрал тебя из больницы?

— Если верить твоим словам, для того, чтобы быть рядом.

— Конечно. Как один из вариантов вполне годится. Хороший игрок всегда имеет несколько.

— Разумеется. Только в твою игру я не стану играть, Саша. Мой ребенок умер.

— Возможно. Но ведь сомнение уже возникло?

— Саша… — начала я и запнулась. Я могла произнести слова, что вертелись на языке, а могла промолчать. Что бы изменилось?

Он засмеялся и спросил:

— А чего ты ждешь от врага? Сострадания?

— От тебя ничего. Считай моего ребенка утешительным призом. Ты подарил мне собаку, а я тебе своего сына."

"— Храбришься, милая? Это ненадолго.