Какая судьба ждет ребенка?

— Ее удочерят! — оптимистично пообещал Титов. — Полно людей, которые мечтают заиметь малыша.

Я помотала головой.

— Сама думала так еще час назад. Но сейчас, спокойно поразмыслив, сообразила: у Насти мало шансов. Россияне предпочитают брать на воспитание младенцев. В нашей стране принято скрывать факт удочерения-усыновления ребенка. Женщины ложатся в больницу, прикидываются беременными, а потом возвращаются домой с новорожденными.

Титов не замедлил высказать свое мнение:

— А вдруг кто докопается до правды?

Я развела руками.

— Согласна, но такова практика.

Восьмилетняя девочка мало кому нужна. Ну, уж если найдется пара, желающая приголубить школьницу, то она выберет здоровую малышку, по крайней мере без ярко выраженного дефекта. Настю нельзя назвать красавицей, она странно разговаривает, у нее нет шансов очутиться в семье. Девочку ждет интернат для детей-инвалидов. Я хотела найти Валерию, пристыдить, потом, узнав от Анны Николаевны, что Владимир отчим девочки, поняла: надо искать биологического отца ребенка, если он откажется заботиться о крошке, может, Настю пригреет бабушка со стороны папы?

— Ненужная колготня, — поморщился Юрий.

Я решила заехать с другой стороны.

— По статистике, основную часть убийств совершают родственники. Ты хочешь удачно завершить свое первое дело?"

"— Конечно, — оживился Титов, — но это пока не убийство, вскрытие не проведено, причина смерти не выяснена.

— Это дело времени, — отмахнулась я, — Леру преследовали. Вопрос: кто? Зачем? Кому выгодна ее смерть? И тут возникают версии.

— Какие? — без особого энтузиазма протянул Юра.

Я откашлялась.

— Что, если после смерти мужа Валерия связалась с отцом Насти и потребовала денег? Вероятно, парень женат, его супруга ничего не знает о ребенке.

Мужчина испугался, что в семье начнутся сложности. Вот тебе и первый подозреваемый.

— Я подумаю, — промямлил Титов, — поразмышляю. Но суетиться до известий от эксперта не стоит.

— Мы договорились о сотрудничестве, — напомнила я, — я помогла тебе, сообщила имя неопознанной потерпевшей и жду ответной любезности. Как только Михалыч отдаст отчет, немедленно сообщи мне.

— О’кей. Я всегда держу данное слово, — пробурчал Титов.

 — Мне пора бежать, обед давно закончился.

— Вообще-то уже ужин скоро начнется, — улыбнулась я.

Юра поторопился к выходу, споткнулся о ковер, но удержался на ногах и вышел в холл, оттуда незамедлительно донесся грохот, Титов снова не заметил инвалидную коляску. Я вынула телефон, соединилась с Викой и вкрадчиво спросила:

— Как там моя справочка по Валерии Назаровой? Насчет ее учета в психдиспансере и подробностей биографии?

— Ничем тебя не обрадую, — ответила подруга.