Они с Рипом вывалятся на мостовую, испугаются, не дай бог попадут под колеса. Делать нечего, придется брать безобразников с собой, хорошо хоть, ехать всего одну остановку.

Схватив Рипа под мышку и намотав поводок Фины на кисть руки, я подошла к кассе и попросила:

— Дайте билет «Маяковская» — «Театральная», туда-обратно для человека и двух собак.

— Провоз животных разрешен в намордниках, — рявкнули из окна.

— Афина спокойная, а Рип у меня на руках — дайте билеты, — сказала я.

— На руках идите, а без намордника оставьте, — не сдалась тетка за стеклом.

Я потрясла головой. Сколько лет назад я постоянно ездила в метро? Пятнадцать? Может, десять? С тех пор цена проезда сильно увеличилась, вместо «пятачков» появились карточки, но вот тетеньки-кассирши! Их что, метрополитен клонирует? Или никогда не улыбающиеся, сердитые дамы владеют эликсиром бессмертия? Они, как Горец, живут тысячелетиями? Я вижу перед собой ту же кассиршу, что много лет назад меняла двадцатикопеечные монетки на пятаки, сидя за окошком у входа на станцию «ВДНХ». Ну нет, этого просто не может быть.

— Дайте билетик для собачек, — подхалимским тоном произнесла я.

— Грязь в метро недопустима, — нашла весомый аргумент баба.

Меня охватило возмущение.

— Значит, вон тому бомжу, который кашляет на все четыре стороны и носит в сентябре украденную у кого-то клочкастую шубу, вход в метро открыт? А чистым псам, привитым от всех болячек, от ворот поворот?

— Женщина, — сказал стоявший сзади мужчина. — Собаки-поводыри проходят бесплатно и беспрепятственно.

— Спасибо, — обрадовалась я, купила билет для себя и поковыляла к турникетам.

— Эй, куда с зоопарком? — закричала дежурная. — Не положено!

Я подняла один костыль и потрясла им в воздухе.

— Афина мой поводырь.

— Должна быть попона с красным крестом, — не успокаивалась дежурная. — И документ!

— Хорош над инвалидом издеваться, — возмутилась девушка, стоявшая неподалеку от меня. — Совесть совсем потеряли? Идите, женщина, наплюйте на нее.

— А я че? Ниче, — дала задний ход дежурная, — люблю животных, не я правила писала. Проходите гражданочка, я отвернусь. Да поосторожней на эскалаторе, чтоб ей лапы не прищемило!

Мы без проблем преодолели «лесенку-чудесенку», влезли в поезд, где мне мигом уступили место. Афина и Рип получили массу комплиментов от пассажиров и схрумкали несколько конфет, которыми их угостили.

Собакам вредно сладкое, но я не хотела обижать тех, кто от души совал дворнягам угощенье. К месту встречи со Львом я прибыла за пять минут до назначенного времени и велела Афине:

— Слушай внимательно. Сейчас я постелю на пол газету, вы с Рипом сядете на нее и будете молчать. За примерное поведение последует награда. Не мешайте мне разговаривать с психологом.