Подлетаешь к кабине: «Р-р-р, ав, ав. Инспектор Коростылев. Ваши права и документы на машину, вау, вау, р-р-р!» Ща умру! Спасите, люди! Ну, Ларка! Сэкономила, блин!
Гриша выхватил из кармана мобильник:
— Лариса! Молчать и отвечать! Где взяла паштет? Какой, какой! Тот, что я на завтрак и ужин хаваю. Ага! Ну-ну! Дома побеседуем.
Григорий сделал глубокий вдох, потом такой же выдох и вновь поднес телефон к уху:
— Мария Алексеевна? Зять ваш на проводе. Погодите, не стрекочите, вопросик имею. Вы Ларке ящик паштета отдали. Где его взяли? Нет, он свежий! Нет, живот не болит.
Григорий замер и уставился на мобильный телефон после завершения беседы.
— Чем теща порадовала? — полюбопытствовал Влад. — Опять придурком с большой дороги обозвала? Это она Ларке консервы подсунула?
Григорий ответил:
— У бабки соседка есть, у той овчарка померла, а корм остался. Хренова идиотка Ларкиной матери ящик приперла, хотела в магазин сдать, а там не приняли. Ну и отдала, сказав: «Маша, может, знаешь какую собаку? Скорми псу, жаль выбрасывать, дорогие консервы».
Влада опять зашелся от смеха:"
"— Ой, не могу! Нашла-таки твоя теща кобеля, далеко не ходила! Зятю любимому всучила, ешь, мол, дорогой.
— Только посмей, — рявкнул Гриша, — я тебя…
— Что? — простонал Влад. — Что ты сделаешь? Ой, не могу! Ой прикол!
— И где смешно? — процедил Гриша.
Я поспешила успокоить жертву тещи:
— Не волнуйтесь, корм элитный, произведен в Германии, там строгий контроль качества за едой для животных.
— Меня тошнит, — простонал Григорий, — я ел уши с хвостами!
— Ой, не могу, — стонал Влад, — еще и мука из костей!
— И где смешно? — чуть не заплакал Григорий.
Я посмотрела на него.
— Но вам ведь стало хорошо! Начали быстро бегать, волосы выросли! Что плохого в субпродуктах? В Испании национальное блюдо — суп из бычьих хвостов, а свиные уши в России всегда пускают на холодец.
— Фу-у, — выдохнул Григорий, — какая гадость!
— Николай Иванович со смеху умрет, — простонал Влад. — Прикинь, че с начальником станет, когда он про паштет услышит.
— Если ты ему хоть гу-гу вякнешь, — пригрозил Гриша, — я тебя… ну, не знаю, че с тобой сделаю. Посажу в отдел бумаги подписывать, на дорогу год не выпущу. Понравится твоей Таньке на голый оклад жить, а? Ваще на перекресток не выйдешь.
— Злобный ты, Гришка, — укорил того напарник. — Нет бы посмеяться, от юмора жизнь легче.


















Комментарии
Добавить комментарий