Сейчас я насчитала восемнадцать домов, и на «задах» пять шалашей — может это детские игрушки, а может там и живут. Людей было мало — я встретила женщину с деревянным ведром, шедшую от реки, пару мужиков, выходящих из леса и детей, что бежали стайкой за убежавшей козочкой.

Дом я узнала сразу, как мне и сказала Парита — перед ним был навален железный лом. Или он продает это? Из дома вышел мужик с повязкой на глазу. Сложив руки на груди, он ждал, когда я подойду ближе.

— Вы Карл? — я опустила глаза, чтобы не разглядывать его.

— Я, видишь поди, глаза нет, значит я! — говорил он с присвистом — так говорят люди с проблемными легкими — заядлые курильщики.

— У меня есть дорогая вещь, ее в нижнем Валенторне купят за большие для вас деньги. И есть платье, что можно продать горожанке. Его там не видели еще, оно стоило больше пяти тысяч пиров. Я готова взять инструментом, посудой, тканью и едой.

— Я не люблю связываться с побрякушками, но, если не будешь много говорить, посмотрю, — он смеялся надо мной."

"— Могу в другом месте продать, только вот, вы то понимаете, что мне не деньги нужны, а безделушки.

Покажите, что у вас есть, и я покажу вам мои побрякушки.

— Проходи, смотри, все в доме, и вот еще, на улице железки, — он пропустил меня в дом, где все было заставлено, кроме кровати. Да и там были разбросаны вещи.

Здесь были горшки, насколько чашек, миски, два больших котла и три маленьких. Несколько полных мешков, свернутые в рулончики тряпки, в общем, больше это походило не на магазин, а на квартиру сумасшедшей старушки, что несет в дом с мусорки все, что имеет хоть какую-то форму.

Я достала сережки. Разложила их на руке.

Карл наклонился и хотел взять меня за ладонь.

— Не, не, соблюдай дистанцию, не входи в мою зону комфорта!

— Куда не входи?

— Близко не подходи, я злюсь.

— Ну, посмотреть то я должен, — он снова начал смеяться.

Я раскрыла ладонь и подняла ее к его глазам. Вернее, к одному глазу — он смотрел на ладонь боком, как смотрит курица на червяка, прежде чем клюнуть. Это меня рассмешило.

— Чего смешного?

— А я не знаю чего вы смеялись. Вот, решила посмеяться с вами. Скажите, ведь чтобы выгоднее их продать, можно и до деревни в Валенторне сходить.

Всяко дороже будет, чем у вас. У вас даже если весь дом купить — одной сережки много, правда? — мимика его была как открытая книга. Да, покера у них точно пока нет. Такие типы начинают играть первыми. А если научить владеть лицом, я озолочусь.

— Даже если мой глаз второй вам отдать, у меня все равно мало товара на одну сережку, — он перестал смеяться и ухмыльнулся, внимательно смотря на меня, но уже с уважением.

— А давайте так…Ведь по одной они точно стоят дешевле, значит, я отдам вам пока одну.