Главное не допускать скрещивания рапир, где я не смогу противостоять противнику физически. Мое преимущество – стремительные выпады на расстоянии. Помнить о том, что противник гораздо выше, а значит и длина выпада у него больше», – все это пронеслось в сознании молниеносно, пока я оценивала графа и его тактику.

– А Вы полны сюрпризов, Лаура, – белозубо улыбнулся Гвиди, больше похожий на большого кота, уверенного, что мышке от него не уйти. – Не знал, что Вы левша.

– Это проблема? – лениво ответила я, делая ложную атаку, которую, впрочем, Гвиди легко распознал.

– Ничуть, просто весьма необычно, – парировал граф, тут же устремляясь вперед, гибкий, как леопард.

Прыжок назад, прогиб, и тут же атака, нацеленная в бедро противнику. Теперь уже Гвиди вынужден был стремительно отскочить, изогнувшись так, как это могла бы сделать какая-нибудь огромная змея.

Я рассмеялась. Теперь противник смотрел на меня совсем другими глазами. Какое-то время мы еще кружили по импровизированному незримому кругу, выискивая слабые места друг дуга, а потом Гвиди атаковал столь стремительно, что я лишь чудом увернулась, почти падая назад, и клинок прошел параллельно груди, едва не достав мне до подбородка. Спасло лишь то, что этот прием я хорошо знала, и то, что покрытие площадки было твердым и хорошо утоптанным. Теперь наступала я, воспользовавшись мгновенной заминкой противника, кажется впечатленного моим уходом от траектории клинка. Лишь краем глаза заметила побледневшее, как мел, лицо слуги. Атака. Еще атака. Защита. Отшагнуть. Увернуться. Отбить дугой клинок и тут же отпрыгнуть назад, не позволяя противнику слишком близко приблизиться. Попытаться вновь перейти в атаку, уколоть. Есть! Наконечник вскользь прошел по правому боку, оставив прореху в его рубашке."