- Вы собираетесь писать о женщинах этого дворца? И моя бабушка разрешила?

Его голос прогрохотал так, что у нее мурашки пошли по коже.

Жаки остановилась, отказавшись отступать дальше.

- Она не только разрешила, но и была очень воодушевлена.

Что с ним такое? Он не выглядел таким грозным, даже когда они говорили об Имране.

- Мне трудно в это поверить. - Он покачал головой, скрестив руки на своей широкой груди. Боевой настрой в его взгляде утих.

- Уверяю вас, ваше высочество, я не привыкла лгать.

Жаки сделала глубокий вдох и тут же об этом пожалела, почувствовав горячий соблазнительный запах его кожи. Ее злило, что она обратила на это внимание. Она сосредоточила взгляд на лице Асима.

- Когда я сказала вашей бабушке, что хочу написать о традициях гарема, она была полна энтузиазма. Этот образ жизни уже в прошлом, и я хотела бы описать его.

- Вы хотите рассказать о женщинах прошлого?"

"- Я так и сказала, - нахмурилась Жаки. - Женщинах этого дворца и их жизнях. Или, по-вашему, истории женщин не важны? - Жаки была в ударе, слишком заведена.

Наверное, потому, что опасность казалась ей привлекательнее темной пустоты, в которой она обитала последние месяцы. Сегодня, впервые за долгое время, она чувствовала, как кровь бежит по венам.

- История обычно рассказывает о войнах, политике и тех, кто правит страной.

Но то, что происходит в семьях, тоже важно.

- Тем не менее вы построили карьеру, гоняясь за историями о войнах, политике и тех, кто правит разными странами этого мира.

Жаки хлопала глазами, пораженная тем, как много он знал о ее карьере.

- Меня интересует многое. Мое прошлое не говорит о том, что я не могу заняться чем-то другим.

Она, во всяком случае, надеялась, что это так. От волнения ее желудок сжался, а ладони стали влажными.

Жаки еще не знала, способна ли воплотить эту мечту в жизнь. Но это была единственная ее мечта. Она ухватилась за нее обеими руками.

Султан молча разглядывал ее, словно она была диковинкой. Потому что никто никогда не прекословил ему?

- Ваша бабушка - одна из немногих, кто помнит, как здесь жили раньше. Было бы преступлением не записать то, что она знает. Это часть культуры и истории Джазира.

- Вы очень страстно ко всему относитесь.

- Нет ничего плохо в страстном отношении к своей работе.

Внезапно плечи Жаки согнулись. Вот она здесь, спорит из-за пустяков, в то время как Имран никогда больше не почувствует лучей солнца на своем лице и не увидится с семьей. Потому что она подвергла его опасности.

Он уверенно взял ее под руку, поддерживая.

- Дышите глубоко.

Жаки закрыла глаза и кивнула, пытаясь сквозь боль сосредоточиться на дыхании. Его уверенная хватка возвращала силу.

- Вам будет лучше, если вы присядете.

Жаки открыла глаза, когда он повел ее к кровати.