"

"После обжина и вязки снопов наступала очередь уборки – самого напряженного периода жатвы. Тогда каждый мужчина и мальчик прибавляли шагу, ведь, когда пшеница была сжата и высушена, требовалось до наступления непогоды уложить ее в скирды и покрыть соломой. Весь день до самых сумерек по дорогам между полем и гумном сновали желто-голубые фермерские фургоны. Больших упряжных лошадей с опустевшими телегами на обратном пути заставляли скакать галопом, точно двухлеток. Из придорожных живых изгородей торчала солома, многие воротные столбы были повалены из-за быстрой езды. На полях мужчины поднимали снопы вилами и подавали принимающему, который укладывал груз на телегу; воздух то и дело оглашали крики: «Держись!», «Подавай!» и «Тпру!». «Держись!» было отнюдь не пустым предостережением; в прошлом бывало, что принимающий, стоявший на снопах, не удерживался на телеге. Ходили рассказы об отцах и дедах, ломавших себе шеи и спины при падении со снопов, и о других страшных случаях: увечьях, нанесенных косами, пронзенных вилами ступнях с последующим переломом челюсти, солнечных ударах; но в восьмидесятые годы на этой отдельно взятой ферме, к счастью, ничего подобного не происходило.

Наконец в прохладных августовских сумерках пускалась в путь последняя телега с горой снопов и кучкой радостных мальчишек на вершине; рядом шагали мужчины с вилами на плечах и пели.

Праздник урожая! Праздник урожая!Славим, славим, славим урожай!Заслышав эту песню, женщины подходили к калиткам и махали им руками, а немногочисленные прохожие поднимали головы и приветственно улыбались. Счастье и довольство батраков хорошо выполненной работой были очень трогательны, учитывая, сколь малую долю они получали от прибыли. Но эти чувства были вполне искренни; ведь эти люди все равно любили землю и наслаждались собственным трудом и умением выращивать плоды земли. Праздник урожая венчал собой целый год труда.

Когда они приближались к фермерскому дому, слова песни менялись.

Праздник урожая! Праздник урожая!Восславим прекрасный наш урожай!В бутылке ни капли, и бочка пустая,Во рту пересохло, давай наливай!К ним выходил фермер, сопровождаемый своими дочерьми и служанками, которые держали в руках кувшины, бутылки и кружки, и среди общих поздравлений раздавал напитки. Затем он приглашал мужчин на ужин, который должен был состояться через несколько дней, и взрослые батраки расходились, чтобы подсчитать деньги, которые они заработали на жатве, и дать отдых своим усталым костям. Мальчики и юноши, всегда готовые повеселиться, остаток вечера проводили, шатаясь по Ларк-Райзу и горланя: «Славим, славим, славим урожай!», пока на небе не появились звезды, после чего на битком набитое гумно и сжатые поля наконец опускалась тишина.