Угнетенный мрачными думами, Ролан нуждался в собеседнике: хотелось выговориться.
Особенно угнетала полная изоляция от внешнего мира. Ролану не разрешали пользоваться телефоном. Хотя вроде бы он имел право на один телефонный звонок. Ему нужно было поговорить с Авророй, узнать, все ли с ней в порядке, предупредить об угрозе со стороны Волока. Должен был поговорить с ней, но не смог. И находился в полной неизвестности. А ведь Волок мог похитить ее в любой момент, надругаться над ней...
Волок представлял большую угрозу для его безопасности. Но Ролана совсем не успокаивало, что бандит не знает, где он находится.
Со стороны двери что-то лязгнуло. Ролан решил, что открывается «кормушка». Хотя вроде бы рано подавать пищу, но все возможно. Но нет, открылась дверь. И уперлась в железный штырь, намертво вмурованный в пол.
И этот человек появился в камере. Мужик лет сорока. Рослый, сутулый. Кривые ноги, длинные и ухватистые, как у обезьяны, руки. Бритая голова, большой острый нос, круто возвышающийся над ним лоб. Узкие глаза, пристальный взгляд. Засаленные джинсы, старый растянутый свитер с высоким воротом. Свернутый матрац.
– Ну здоров... – сиплым прокуренным голосом начал он. – Не знаю, браток ты мне или так себе...
Не самое приятное начало разговора. Ролан промолчал.
Мужик бросил матрац на свободную половину нар. Но раскатывать не торопился. Пропихнул его в глубь к стене. Разулся. С ногами забрался на полати. Сел, облокотившись спиной на сверток. Как в кресле устроился.
Ролан невольно покривился. Носки воняли так, что в самую пору санэпидемстанцию для дезинфекции вызывать.
– А ты че нос морщишь? – оскалил желтые зубы мужик. – Запашок не нравится, да?.. Ты, паря, по какому разу на кич зачалился?
– По первому.
– Оно и видно... Здесь тебе не розарий, в натуре.
Он вытащил из носка сигарету без фильтра. Блаженно помял ее в руках. Обнюхал.
– Чирки есть? – насмешливо посмотрел на Ролана.
– А у тебя?
– Значит, нет... А я то всегда найду...
Он просунул пальцы в щель между досками. Ничего не нашел. Продолжил поиски. В конце концов нашел спичку. Поднял с полу свой башмак, высек огонь о каблук. Закурил. Смачно затянулся."
"– Наша нигде не пропадет, – ухмыльнулся мужик. – А ты загнешься, паря, если жопу морщить будешь...


















Комментарии
Добавить комментарий