Поэтому Шарлотта начала приглядываться к окружающим, и однажды, оказавшись в бабушкиной гостиной, заметила, как тетя Мария беседует с кузеном отца Уильямом, герцогом Глочестерским. Принцесса лукаво усмехнулась. Глупый Билли, как окрестил его регент, любивший давать людям прозвища, был вроде бы привязан к Марии, но чувства его совсем не напоминали пылкую любовь; что же касается Марии, то она надеялась когда-нибудь выйти замуж за кузена, и наверняка вышла бы, если бы королева так этому не противилась. В свое время король, естественно, был категорически против замужества дочерей.

«Бедняжки! — сочувствовала им Шарлотта. — Им так этого хотелось... так отчаянно хотелось!»

Чем дольше она думала о Глупом Билли, тем больше ей нравился этот план. Мария в последнее время усиленно шпионила за ней и все докладывала королеве... да, это послужит ей хорошим уроком. А когда маленький розыгрыш закончится — а он, разумеется, должен когда-нибудь прекратиться, — то, вполне вероятно, королева больше не будет противиться браку дочерей.

Шарлотта выбрала в наперсники лорда Ярмута. Он был сыном леди Хертфорд и, соответственно, пользовался благосклонностью регента. Лорд Ярмут совершенно не блистал умом, поэтому одурачить его не представляло труда. Более того, он довольно неуклюже пытался в последнее время втереться к ней в доверие и, зная, как она любит собак, даже подарил прелестного французского пуделя. Шарлотте пудель понравился, однако это вовсе не изменило ее отношения к Ярмутской Селедке — так называли лорда журналисты в своих пасквилях.

Долго ждать не пришлось: вскоре лорд Ярмут навестил Шарлотту. Он явился узнать, как поживает маленький пудель.

Шарлотта сказала ему, что песик. — просто прелесть, и показала его Ярмуту, который попытался изобразить нежные чувства по отношению к пуделю. Шарлотта свысока смотрела на лорда, когда он гладил собаку.

А потом сказала:

— Я хочу доверить вам одну тайну, лорд Ярмут."

"На лице с рыбьими выпученными глазами заиграл довольный румянец. Значит, его усилия не напрасны! Шарлотта сделает его своим конфидентом, и регент поймет, насколько он важная персона.

— Видите ли, милорд, я не желаю выходить замуж за принца Оранского.

Ярмут посуровел. Будучи другом регента, он должен был убедить ее в преимуществах союза с Голландией. А Шарлотта продолжала:

— Понимаете, я влюблена в другого. Бакенбарды лорда Ярмута встали торчком.

— Ваше Высочество, может, вы соизволите сказать мне его имя...

— Это герцог Глочестерский.

— Г-г-г... — начал заикаться Ярмут.

— Да, — хихикнула Шарлотта. — Г-г-г..г Глочестер.

— Кузен вашего отца?!

— А почему бы и нет?

— Но, Ваше Высочество, не может быть, чтобы вы говорили серьезно!

— Мне герцог Глочестерский всегда нравился.