Не правда ли, странно? Ты носишь два наших имени.

— Да, — кивнула Шарлотта, — действительно. Меня назвали в честь обеих бабушек. А мой дядя здесь?

Шарлотта уже встречалась с братом матери, который теперь стал герцогом Брауншвейгским. Он отличался от остальных членов этой семьи: был гораздо спокойней, однако славился своей храбростью. Шарлотта слышала рассказы о том, как он сражался с французами, пробиваясь к побережью, где его ждал британский флот, чтобы отвезти дядю и его маленьких сыновей, потерявших маму, в Англию.

Эта история звучала очень романтично, да и сам дядя имел весьма романтичный вид: ему очень шли военная форма и аккуратные усики, он был настоящий красавец.

Дядины сыновья, шестилетний Чарльз и четырехлетний Уильям, жили со своими няньками и прислугой в том же доме, что и бабушка, только на верхнем этаже. Шарлотте хотелось повидаться с ними перед отъездом, и она сказала об этом матери.

— Бедные крошки, — рассеянно пробормотала Каролина. — Наверное, это имело бы смысл, если б у нас было больше времени... но нам отвели каких-то жалких два часа, и я уверена, что затягивать свидание нельзя, об этом непременно донесут королеве.

— Боже мой! Боже! — воскликнула герцогиня. — Значит, вы с принцем по-прежнему в ссоре? Право же, это очень странная жизнь. Что касается меня, то я нахожу принца очаровательным. Он пригласил меня в Карлтон-хаус. «Дорогая тетушка, — сказал он. — Если вы не приедете, я буду в отчаянии». Пришлось приехать. Как он обворожителен! Какие манеры! Никогда не видела, чтобы люди умели так грациозно кланяться. Я сказала ему: «Мой драгоценный племянник, вы действительно первый джентльмен Европы».

— Видели бы вы его во время бракосочетания! Он так напился! Не мог без посторонней помощи добраться до алтаря. Да-да. Они стояли рядом, чтобы подхватить его, если он будет падать, — Каролина залилась громким хохотом.

— Обворожительный мужчина, — не обращая на нее внимания, продолжала герцогиня. — По-моему, я никогда в жизни не встречала более обворожительного мужчины, чем мой племянник, принц Уэльский.

— А всю брачную ночь он провалялся на полу возле камина. Очень обворожительно.

Шарлотта слушала их разговор в полном ужасе. Мать и бабушка говорили каждая о своем, и девочка подозревала, что о ней вообще позабыли. Однако при этом мать то и дело упоминала в разговоре свою милую Шарлотту, называя ее ангелочком и ласточкой. Таким образом Каролина давала Шарлотте понять, что помнит о ее присутствии.

Так прошло два часа, и леди Клиффорд заторопилась уезжать, сказав Шарлотте, что если они задержатся, частота визитов может сократиться до одного в две недели.