Тебе действительно так плевать на меня?

— Тимур не насильник и не убийца. Ты строишь из себя жертву! Для чего, Алиса? Измена, это ещё не конец света. Поговорите, обсудите и живите дальше счастливо. Как раньше.

— А я как раньше уже не смогу и не хочу. Я не ты. Разговор окончен. Спасибо за честность.

Я никогда не пойму своих родителей. Ну априори так не должно происходить. Как можно строить счастье на несчастье своего же ребёнка? Может я приёмная? Хотя это тоже ни черта бы не оправдывало их поведение."

"Моя машина с визгом шин залетает на парковочное место. Мне отца совсем не жалко.

Если и попадёт в места не столь отдалённые, то это будет по его вине, что не сказать о моём брате. Отстёгиваю ремень безопасности. Он же просто жертва обстоятельств. Глушу машину и сижу, смотря в одну точку. Что мне делать то теперь? А если и Костя придерживается того же мнения, что и родители? Куда мне идти? К кому обращаться за помощью?

Резкий стук в окно, и я дёргаюсь от испуга, в полной мере ощущая выражение «душа в пятки ушла». На улице стоит старичок, протягивая сморщенную руку. Попрошайка…

Обычно я игнорирую их, потому что в большинстве случаев копейки идут на спирт, но сейчас, я воспринимаю мужика, как знак.

Помоги ему и тебе помогут.

Выхожу из машины параллельно роясь в сумке. Я наличкой не пользуюсь, поэтому найти хотя бы рубль, уже будет подвигом.

— Девица-красавица, прошу простить старого дуралея. — На меня подул шлейф перегара. — У тебя не найдётся, дочка, пару монеток на хлеба кусок?

— Пропьёшь же. — С отвращением говорю, но всё продолжаю усердно рыться в сумке.

— Оскорбляешь.

— Нет, просто констатирую факт. — Нахожу в одном из кармашек смятую тысячу.

Внутри всё сжимается и идёт борьба с самой собой. Мне не жалко денег. Хоть пять тысяч бы лежало — отдала. Но, не легче отвести в магазин его и самой купить продукты? Так спокойнее будет.

— Да мне правда на еду. — Голос старика начинает дрожать, а руки начинают трястись ещё больше. — Я хирург в прошлом. Как инсульт случился, да руки слушаться перестали, стал никому не нужен. Дети забыли про меня, жена померла давно, внуки за границей.

— А душок откуда? — Машу у своего рта, чтобы тот понял о чём я.

— Да сосед мой вчера пришёл с чекушкой, говорит, жена ушла от него.

Да и… — Махнул с сожалением и полным отвращением к самому себе рукой. — Слово за слово, начали за жизнь говорить и вот, — С горечью усмехается. — Стою на улице с протянутой рукой.

Ставлю машину на сигнализацию, и мы вместе с мужчиной начинаем двигаться в сторону супермаркета.

— Вас зовут как?

— Гришечкин Пал Семенович. — Говорит вскидывая гордо подбородок к небесам. — Слыхала о таком?

— Вам честно или потешить самолюбие? — По-доброму улыбаюсь.

— Эх… — Протяжно вздыхает.