Звук уходящей ракеты лающий, как у сверхзвукового истребителя.

— Пошла, родная! Ух, красота!

— Вторая!

— Вторая не сошла! Угол запрета!

— Третья!

— Третья не сошла! Угол запрета!

Так бывает в жизни: в самый неподходящий момент все случайности сливаются в цепь. Случилось то, что бывает раз в жизни. Кабина наведения — на рукотворном кургане. Вокруг — шесть пусковых. Вокруг каждой пусковой — насыпь кольцом. Это и маскировка от постороннего взгляда, и защита от вражеского огня. У каждой пусковой почти круговой обстрел. За исключением двух градусов, когда в поле наведения попадает кабина, расположенная в центре огневой позиции. Первая ракета ушла, а вторая — нет. Между целью в небе и пусковой как раз и оказалась кабина наведения. Если бы произошел старт, то ракета, сорвавшись с направляющей, тут же врезалась бы в командный пункт, разнесла бы его вместе с операторами. Конструктор такую возможность предусмотрел и полностью исключил. В случае возникновения подобной ситуации срабатывает автоматика, не позволяя произвести старт.

В этот момент поступила команда на третью ракету, но самолет за несколько секунд переместился в пространстве, и тогда возникла такая же ситуация и для третьей ракеты: кабина наведения стала преградой, отменившей пуск.

А на экране свистопляска точек. Поди разбери: нарушитель помехи поставил или это падают куски сбитого самолета. Чуть рассеялись точки и стала ясна картина: первая ракета продолжает полет! Из этого следует: смазали!

Не беда! Нарушитель теперь должен влететь в зону соседей. И тогда им приказ: Огонь! Огонь! Огонь!

Но он уже был не нужен. Самолет был-таки сбит первой ракетой. Причем сбит так, как никто и не мечтал: не повредив летчика-шпиона.

Нарушитель прошел по самому краю зоны досягаемости. Только вошел, тут уже и выход. Ракета неслась вдогонку на пределе дальности. Взрыв был сзади. Взрывом оторвало хвостовое оперение и разворотило двигатель. Но двигатель спас летчика, послужив надежным щитом. После неконтактного подрыва головной части сама ракета еще несколько секунд продолжала полет, и это было видно на экранах, создавая иллюзию промаха. Потому стрельба продолжалась. Потому соседние деревни видели первомайский салют под облаками.

Правда заключалась в том, что нарушитель был сбит первой ракетой.

Но это не вся правда.

Самолет-нарушитель проходил зону огня 2-го дивизиона по самому краю, но тут же попадал под многослойный огонь сразу нескольких дивизионов. Вся правда заключалась в том, что после первой ракеты 2-го дивизиона по цели вел огонь 3-й дивизион. Он выпустил все шесть своих ракет: две серии по три. Тут же включился и 5-й дивизион. И тоже шарахнул двумя сериями по три. Так что — первая ракета… и еще двенадцать.