Не могу же я заявиться к самому декану и потребовать изменить приказ?

Но зато я могу сделать кое-что другое.

Мы дошли до столовой, встали в очередь. К моменту, когда роботы наложили на наши подносы набившие оскомину «яства», я уже знала, что, как и чем буду ломать. Потому, когда мы сели за стол, мне кусок в горло не лез.

— Ты все? — спросил Экри. Он с ужином быстро расправился.

— Нет, — тяжело проговорила я. — Что-то не лезет.

— Ну, так не ешь.

— Надо. У меня недобор массы, ты же знаешь.

— Да брось ты ужин. А то давишься.

— Отстань, Экри, хочу и давлюсь!

Центаврианин закатил глаза, забрал свой поднос и пошел. А я посмотрела на свой. Тяжелый. Таким при желании и убить можно. Вот бы альбиноса им!.. Но нельзя отвлекаться. Нужно рассчитать силу и решиться. Прямо сейчас."

"Я взяла поднос левой рукой, примерилась и бухнула углом по пальцам правой руки.

[1] Далее по тексту «п.е.»

Глава 2

Медсестра при виде меня нисколько не удивилась – одарила только взглядом в духе: «Вот и ты, а я уже начала волноваться. Что на этот раз?» Я показала ей покрасневшие распухшие пальцы – особенно распух указательный. Больно было так, что я успела раз двести пожалеть о затее с переломом.

— Тренировка? — спросила лирианка.

— Нет, поднос.

— Ветрова, каждый раз, когда я смотрю на тебя, задаюсь вопросом: что ты делаешь в Военной академии?

— Учусь.

Отведя меня к диагностической камере, женщина помогла улечься. Стенки камеры закрыли меня от медсестры. Перетерпев обязательную вспышку боли вначале (результат подключения к нервной системе), я стала ожидать вердикта. Через пять минут стенки камеры раздвинулись, выпуская. Лирианка хмыкнула и начала что-то заполнять в своем планшете.

— Перелом? — с надеждой спросила я.

— Сильный ушиб.

Надежда издохла, а я застыла с мученически-растерянной гримасой. Как же так? Я что, зря занялась членовредительством?

Еще раз осмотрев пальцы, женщина подозрительно на меня покосилась:

— Поднос?

— Да, я торопилась в столовой, и вот результат.

Обманывать старших, тем более лирианцев – бесполезно. Медсестра отлично поняла, что поднос упал не сам, и не случайно. Но звонить Солду не стала. Посмотрев на меня всевидящими глазами старшей расы, она вздохнула:

— Поставлю тебе полдозы регенерационного, иначе не допустят к тестам. Обойдешься без обезболивающего, Ветрова. Это тебе наказание за нарушение Устава. Запомни: пока ты курсантка, ты себе не принадлежишь. И вредить себе права не имеешь. Понятно?

— Так точно.

Курсантов отправили в учебные центры, проходить последние тесты и инструктаж перед полетом. Несколько часов полета на аэробусе, и вот мы на Тектуме, млеем от жары и предвкушаем ор инструкторов. Инфо-браслеты, подстраиваясь под системы учебки, замигали.