Мы давно уже знали, кем являемся друг для друга. Но слушали остальных, поддавались предрассудкам, сомневались, искали разумные причины быть вместе… Иногда мудрее просто довериться сердцу. Оно знает, кто твой человек.

— Я ни разу не сказал тебе самого главного. Предложения делал, об эо-связи рассказывал, а главное упускал. Ветрова, я люблю тебя. Именно тебя, а не твои жуткие гены и не эо-связь, что была между нами.

От переизбытка чувств я издала какой-то хрюкающий смешок и сразу этому ужаснулась. Черт возьми! Мне признаются в любви, а как я реагирую?

Ли протянул обреченно, но глаза его смеялись:

— Это в тебе я тоже люблю.

Чтобы исправиться, я тоже призналась:

— А я люблю тебя, Малейв, несмотря на то, что ты центаврианин.

— Я знал, что от тебя не дождешься красивой фразы. Хрюкнула, оскорбила – и сойдет.

— Привыкай, родной.

***

Перед церемонией награждения Солд так затянул на мне галстук, что чуть не удавил. Он тоже волновался.

— Тов-варищ… — я захрипела и дернула за галстук, и куратор опомнился, ослабил узел.

— Ветрова, вот ты как всегда, — пробурчал он что-то и наорал на несчастного первокурсника, зашедшего не в тот кабинет. — Куд-да?

Несчастный курант ретировался.

Закончив со мной, Акела придирчиво осмотрел Вальдолу. Линда была великолепна в парадной форме и отлично это знала. Не найдя, к чему придраться, Солд отчитал ее за выражение лица и глянул на инфо-браслет.

— Все, пора строиться. Встаете к остальным, и чтобы морды лица попроще. Слышали, товарищи награждаемые?

— Так точно, товарищ лейтенант!

Курсантов собрали, построили у главного корпуса. Солд на каре отвез нас к группе ТР-5-2, высадил и встал, где полагается. Слагор Тулл, рядом с которым я встала, приветственно ущипнул меня за бедро.

— Возмутительно! — шепнул Экри. — Ты ведешь себя, как недоразвитый.

Чтобы старшина не обижался, Тулл ущипнул и его. Они не начали драться только потому, что Линда наступила каблуком на ботинок Экри и пообещала ему что-то крайне страшное. Экри, который с первого курса побаивался орионку, сразу забыл о драке. Тем временем у главного корпуса появились ректор, генерал и представитель Совета Союза людей.

Грянули скучные до зевоты слова приветствия, усиленные устройствами связи, и началось самое противное – обсуждение того, что было на Уне. Затем назвали мое имя и фамилию.

— Курсантка Нина Ветрова, выйти из строя!

Я вышла. Мое огромное изображение появилось на одном из корпусов. Черт! Когда я успела отъесть такие щеки?

— Курсант Ли Малейв, выйти из строя!

А вот Ли даже на растянутом изображении оставался красавчиком.

— Курсантка Линда Вальдола, выйти из строя!

Линда тоже хороша.

— Курсантка Вьяса Круек, выйти из строя!

Круек получилась на изображении перекошенной. Слава Звездам, а то я уже было начала комплексовать.