Нельзя показывать ей нашу слабость!

«Согласна».

Правда, моя уверенность в своих силах быстро ослабла. Если вначале наша болезная апранка хоть немного, но шла сама, то теперь она наваливалась то на меня, то на Линду, и заплеталась в ногах.

— Круек, ты сама тоже иди, ладно?

— Мне так хочется спать…

— Зачем было соглашаться на полет, если плохо их переносишь? — заворчала Линда. — Курсанты с общевойскового должны быть крепче и выносливее остальных. А тащим тебя мы!

— Я вас не просила.

— Тогда иди сама!

Линда отпустила Круек, и единственной опорой апранки осталась я.

Так как опора из меня была неважная, я свалилась. Моему примеру последовала и Круек. Вальдола прошла немного и тоже упала.

Самое обидное то, что мы почти обогнули холм.

Больше мы не переругивались, только громко сопели. Ничего постыдного в том, что мы попадали, нет. Во-первых, и трех часов не прошло после пробуждения в капсуле. Во-вторых, это наши первые шаги на планете. А в-третьих, падать – не стыдно.

«Что-то тоже спать захотелось…», — подумала я, позволяя телу расслабляться.

И тут же вскочила, подняв песок. Главное правило безопасности на чужой планете – не спать в первый час нахождения на ней!

— Ящер! — заорала я. — Ящер!

И побежала.

Мои подруги по несчастью «ожили» и припустили так, что вскоре мы догнали мужчин.

Солд в столь мрачных выражениях описывал жителей Бетки, что я приготовилась к грубости и агрессии. Плохие ожидания, к счастью, не оправдались: жители малой родины Акелы оказались довольно дружелюбными."

"Все, как на подбор, высокие, стройные красавцы и красавицы: у меня даже дыхание перехватило от взгляда на некоторых.

Глаза пронзительно светлые, или, напротив, густо-синие, фиалковые; почти у всех мужчин и у некоторых женщин выбриты виски, оставшиеся волосы заплетены в косы из четырех прядей или множество косиц; на ладных крепких телах даже мешковатая одежда сидит превосходно. К слову об одежде – местные предпочитали широкие или узкие брюки, рубашки без рукавов, укороченные жилетки, женщины – платья до колен, стянутые на талии тонкими ремнями.

Не просто так орионцы считаются самой красивой человеческой расой.

Природа их ни ростом, ни здоровьем не обделила, подарила выразительные глаза и красивые черты лица.

Мы пошли по улице к дому родственников Солда, разглядывая поселение. В Бетке ставили очень высокие заборы, над дворами либо растягивали навесы от света и песка, кто побогаче устанавливали плотные панели; за домами разбивали загоны для скота; на каждой улице поселения стояли вытянутые здания – вероятно, это «гаражи» где стояли кары и хранилось топливо.